Composition of the Vocabulary of the Chir Group of the Don Cossack Dialect

Research article
DOI:
https://doi.org/10.18454/RULB.2023.42.2
Issue: № 6 (42), 2023
Suggested:
03.03.2023
Accepted:
17.05.2023
Published:
09.06.2023
628
2
XML
PDF

Abstract

The article presents a study of the current state of the lexical system of the Chir group of the Don dialects in Volgograd Oblast. The lexical distinctiveness of the dialect under study is shown, including a comparison with the dialect of the Nekrasov Cossacks.

A new material of the socially isolated Don dialect, collected by the author of the article in the territory of the former Second Don district in Volgograd Oblast, is introduced into science. The composition of the vocabulary of the Chir group of the Don dialects is determined. It is confirmed that the Chir dialects are a part of the lexical system of the Don Cossack dialect, and include South Russian dialect words, Turkic and Ukrainian borrowings, as well as lexical units specific to the said group only. A genetic link has been established between the Chir dialect and the Nekrasov Cossack dialect.

1. Введение

Язык находится в постоянном движении, и всякие изменения в окружающей среде (политике, экономике, культуре, быту) так или иначе отражаются в языке и речи. Все это, безусловно, влияет на разные языковые страты, в том числе и народные говоры. Начиная с XX века, произошли значительные изменения в языке жителей сельской местности, связанные с «активным воздействием на местную диалектную речь литературного языка через школы, газеты, журналы, книги, радио, телевидение»

. Однако, несмотря на разрушение традиционного уклада жизни в селе, «определённая часть диалектной лексики остается коммуникативно значимой»
.

В предлагаемой статье мы обращаемся к рассмотрению лексических единиц, бытующих в речи проживающих на территории Волгоградской области донских казаков. В ходе исследования были поставлены следующие задачи:

1) системно описать лексический уровень чирской группы донских говоров для выявления ее особенностей функционирования в современных условиях;

2) сопоставить чирские говоры с говорами казаков-некрасовцев, основой которых являются донские говоры, с целью изучения развития социально изолированных диалектов.

Материалом исследования послужили записи речи диалектоносителей, сделанные за последние 5 лет в населенных пунктах Волгоградской области: станице Нижний Чир, хуторе Суворовском, хуторе Ближнемельничном, хуторе Елкин, городе Суровикино, рабочем поселке Чернышковском. На указанной территории, по классификации Л.М. Орлова, функционируют чирские говоры.

2. Основные результаты

Лексические  единицы диалектной системы находятся в исключительно сложной речевой сфере. На их функционирование оказывает воздействие устная форма бытования диалектных систем, социальная и возрастная дифференциация носителей говора, а также ряд других факторов, таких как взаимодействие диалектных систем, влияние литературного языка и соседних языков и многое другое

.

Донской диалект явился результатом интеграции различных исконных русских, а позднее и украинских говоров с различными неславянскими, особенно тюркскими языками (учитывая, что Донской край длительное время был объектом набегов кубанских, крымских и ногайских татар). Смешение различных диалектов приводило к появлению своеобразных черт донских говоров в определенных ареалах

.                

Структурно донские говоры подразделяются на 3 группы: хоперские, медведицкие, чирские. Очертания этих групп сближаются с границами старых административных округов бывшей Области Войска Донского. На территории современной Волгоградской области находилось три округа:

1) Хоперский, центром которого являлась станица Урюпинская (сегодня город Урюпинск);

2) Усть-Медведицкий, центром которого являлась станица Усть-Медведицкая (сегодня город Серафимович);

3) Второй Донской, центром которого являлась станица Нижнечирская (сегодня станица Нижний Чир)

.

В предлагаемой статье исследуется лексика чирской группы донских говоров в аспекте ее происхождения.

Волгоградскими исследователями (Л.М. Орловым, Р.И. Кудряшовой, Е.В. Брысиной, В.И. Супруном) было установлено, что лексический состав современного донского диалекта содержит общенародные, интердиалектные, южнорусские и специфические единицы.

Анализ собранного нами лексического материала позволяет выявить в современном говоре следующие группы лексем.

1. Единицы, сохраняющие сходство с лексикой родственных южнорусских говоров: гре́бовать ‘брезговать’ (Внуки у миня ни ядять, гребують), дежа́ ‘деревянная или глиняная посуда для заквашивания теста, квашня’ (Дяжа да сих пор стаить, щас-та хлеба́ уже ни пякуть), дю́же ‘очень, сильно, в большой степени’ (Ты дюжа ни спяши), коре́ц ‘ковш для воды; половник’ (Дажжы идуть, вада в карыту набираица, а я патом карцом вычерпываю), ко́чет ‘петух’ (Курей многа, а качато́в нет), летось ‘в прошлом году’ (Летась зима была тёплая), нады́сь ‘недавно, в недалеком прошлом, два-три дня тому назад’ (Надысь я табе забыла сказать), ре́ли ‘качели’ (Атец ей сделал рели). Ср.: гребоватъ ‘брезговать, пренебрегать, гнушаться кем-, чем-либо’ (Рязанская, Орловская, Калужская, Брянская, Курская, Тверская, Тамбовская области)

, дежа ‘деревянная кадка, в которой приготовляется тесто для хлеба, квашня’ (Воронежская, Курская, Тамбовская, Нижегородская области и др.)
, дюже ‘очень, сильно, весьма’ (Курская, Орловская, Брянская, Рязанская области и др.)
, корец ‘ковш’ (Тверская, Владимировская, Курская, Калужская, Рязанская области и др.)
, кочет, ‘петух’ (Ярославская, Костромская, Ивановская, Нижегородская, Рязанская, Орловская, Тульская, Тамбовская, Курская области и др.)
,  летось ‘в прошлом году’ (Орловская, Брянская, Тульская, Калужская, Смоленская, Ярославская области и др.)
, надысь ‘на днях, недавно’ (Рязанская, Курская, Владимировская, Тульская, Тамбовская области и др.)
, рели ‘качели’ (Рязанская, московская, Тульская, Тверская, Пензенская области и др.)
.

2. Лексемы тюркского происхождения: ирья́н (ирян, арян) ‘напиток из разведенного водой отцеженного кислого молока’ (Ирян и щас все делають из кислого малака), сюзьма́ ‘заквашенное и отделенное от сыворотки молоко’ (Сюзьма – не слышала, чтобы так говорили, а мы та старики знаем), кайма́к ‘густые пенки, снятые с кипяченого или затопленного молока’ (Пышки с каймаком и вареним можна исть), гарда́л ‘горчица’ (Гардал у мене всяда дядя делал, жане не разришал), башлы́к ‘капюшон’ (Башлык надень, дожж пошел), бирюк ‘волк’ (К нам бирюк адин раз залез на баз, карову и тялка загрыз, но карова пахожа выжила, ни помню уж), турлук ‘медведка’ (В том гаду картошку всю турлуки съели). Эти лексические единицы в Этимологическом словаре Макса Фасмера отмечены как заимствованные из тюркских языков. Ср.: айран ‘напиток из кислого молока’, заимствовано из турецкого, крымско-татарского, казахского и других языков

; сюзьма́ ‘кушанье из процеженного кислого молока’, заимствовано из турецкого, syzma ‘просочившееся’: syzmak ‘просачиваться’
; каймак  ‘молочный продукт, обычно густые сливки’, заимствовано из турецкого ḳajmaḳ
; гарда́л ‘горчица’, заимствовано из турецкого,  hardal ‘горчица’
; башлы́к ‘вид капюшона’, заимствовано из турецкого, крымско-татарского, азербайджанского, татарского
; бирю́к ‘волк, нелюдим’, заимствовано из тюркского. Слово турлук в Этимологическом словаре М. Фасмера определяется как из турецкого torluk ‘землянка’
. В своем исходном значении данная единица не связана с признаком «насекомое», но в говорах обозначает насекомое, которое ведёт преимущественно подземный образ жизни.

3. Единицы украинского происхождения. В чирских говорах записаны слова: жме́ня ‘количество чего-либо, захватываемое горстью’ (Он мне жменю толькя сыпанул и все), цеба́рка ‘большое металлическое ведро, расширяющееся кверху’ (Цебарками таскали воду для паливки, када калонки не была), шлях ‘неезженная дорога’ (Шлях – эта дарога, но так, наверна, уже никто ни гаварить), гута́рить ‘разговаривать’ (Через забор перевалиться, чтоб пагутарить). В Этимологическом словаре М. Фасмера все эти слова зафиксированы как заимствованные из украинского языка. Ср.: жме́ня ‘пригоршня’

, це́барь, це́бер, цыбар ‘бадья, ведро’
, шлях ‘дорога’, гу́тор ‘беседа, болтовня’
.

Во время диалектологических экспедиций на территорию чирских говоров были зафиксированы единичные случаи заимствования из польского и персидского языков: жалме́рка ‘солдатка’, ср.: жолнер ‘солдат’, заимствовано через польский żoɫnierz, чешский žoldnéř ‘наемный солдат’

; жердёла ‘мелкий сорт абрикосов’ заимствованное из турецкого
.

4. Лексемы, встречающиеся исключительно на территории распространения донских говоров. Это фиксируется как Донским словарем Миртова, так и СРНГ с пометой «донское». На территории чирской группы донских говоров нами записаны слова и выражения, отражающие специфику казачьей военной жизни и быта: курень ‘дом’ (Раньши они в том куряне жили), майдан ‘собрание казаков или здание, где происходит собрание’ (В хутари када жили, собирались на площади к празнику, называли пачаму-та майдан), юрт ‘владения станицы’ (Энти все хутара атнасились к нашиму юрту), круг ‘собрание казаков’ (В том гаду казаки сабирались на круг и яво выбрали атаманам).

На всей территории донского края встречаются слова, называющие реалии быта казаков: арка ‘крытое крыльцо’ (Наш дом был с аркай, считалась, что эта мы багачи, а хадить не в щим была, спали на досках), бурсак ‘небольшой продолговатый хлебец’ (Бурсаки бабушка каждый день пикла), чирики ‘обувь’ (Ни хади биз щиряков, палы халодныи), забрухать ‘ударить рогами, лбом; забодать’ (Детей ни пускай к карови, а то збрухаить), жилять ‘жалить’ (Я вчарась ночью паливала, камари так нажиляли, страсть), дуля  ‘сорт груши; дерево этого сорта; плоды этого грушевого дерева’ (Эта груша дуля называица, иё всяда запикали), салазки ‘челюсти’ (Он как двинить яму по салазкам) и др. Все эти лексемы зафиксированы также Словаре донских говоров Волгоградской области.

Таким образом, современный лексический состав включает в себя исконные южнорусские говоры, заимствования, в полной мере освоенные диалектоносителями и не воспринимаемые как инородные, и лексемы, появившиеся и до сих пор функционирующие исключительно на донской территории. Результаты диалектологических экспедиций показывают, что на исследуемой территории сохраняется диалектная база.

Сохранность донского диалекта зависит и от его социально-изолированного статуса. Изолированные говоры могут функционировать на большой территории или занимать маленький регион, а также находиться в окружении однотипных диалектов или соседствовать с разнотипными говорами

.  Ярким примером того служат говоры казаков-некрасовцев. Основой этих говоров в свое время стала диалектная лексика, активно функционирующая в донском диалекте.

Некрасовцы – потомки донских казаков, которые после подавления Булавинского восстания ушли с Дона в сентябре 1708 года. В середине XX века они вернулись на Родину, в 1962 году группа казаков-некрасовцев поселилась в различных селах Левокумского района Ставропольского края. По преданию и по некоторым историческим сведениям, Игнат Некрасов увел с собой несколько тысяч казаков, при которых были женщины и дети. Это были выходцы из станиц, расположенных по верхне-среднему течению реки Дон, – Есауловской, Старо-Георгиевской, Нижне-Чирской, Голубинской и прилегающих к ним хуторов

,
. Данные территории также относятся к области распространении чирской группы донских говоров.

При сопоставлении записанных лексических единиц чирской группы донского диалекта с говорами казаков-некрасовцев были выявлены следующие лексемы:

1) полностью совпадающие: банить ‘мыть’, вечерять ‘ужинать’, болеть ‘становиться больше, расти’, жечь ‘жалить (о насекомых)’, купырь ‘стебель растения с соцветием’;

2) отличающиеся словообразовательной структурой или фонематическими особенностями: гольный ‘один только’ (в некрасовских говорах, далее нек.) – гольной (в чирских говорах, далее чир.), дуться ‘терпеть, выдёрживать’ (нек.) – выдуваться ‘терпеть, справляться, выдёрживать’ (чир.);

3) совпадающие по морфологическим и фонетическим признакам, но отличающиеся оттенками значений: гайтан ‘тесьма, которой отделывают рубахи и балахоны’ (некр.) – гайтан ‘шнурок для нательного креста’ (чир.), курень ‘временное жилище, шалаш’ (некр.) – курень ‘большой, добротный дом’ (чир.);

4) совпадающие по морфологическим и фонетическим признакам, но имеющие разные значения: жадать ‘жалеть, любить’, жадоба ‘о добром жалостливом человеке’ (некр.) – жадать ‘проявлять жадность, жадничать’, жадоба ‘жадный, скупой человек’ (чир.), лупатый ‘облупленный, шелушащийся’ (некр.) – лупатый ‘имеющий большие глаза’ о человеке или о животном (чир.).

Таким образом, говор казаков-некрасовцев и чирская группа донских говоров, несмотря на разные языковые и неязыковые условия развития, сохранили одинаковые черты донского диалекта, что позволяет говорить о генетической связи этих говоров.

3. Заключение

Чирская группа донских говоров сохраняет в современных условиях выявленный ранее волгоградскими учеными лексический состав донского диалекта. На обследуемой территории в настоящее время выделяются как лексемы, относящиеся к исконным южнорусским говорам, так и несколько пластов лексики неисконного происхождения, в частности тюркизмы и украинизмы.

Некоторые лексические единицы, зафиксированные в чирской группе, наблюдаются и в говорах казаков-некрасовцев, свидетельствуя о генетической связи этих говоров и сохранности лексической системы донского диалекта, несмотря на новые элементы, проникающие в исследуемые говоры из литературного языка и других диалектных систем.

Собранный и описанный лексический материал позволяет говорить о том, что внутренняя целостность системы социально-изолированных говоров по прежнему препятствует разрушению чирской группы говоров как частной разновидности донского диалекта.

Article metrics

Views:628
Downloads:2
Views
Total:
Views:628