CONCEPTUAL ATTRIBUTES OF THE CONCEPT OF SUMMER IN THE EVEN LINGUISTIC WORLDVIEW

Research article
DOI:
https://doi.org/10.18454/RULB.2022.34.6
Issue: № 6 (34), 2022
Suggested:
26.08.2022
Accepted:
09.09.2022
Published:
10.10.2022
837
1
XML PDF

Abstract

The article is dedicated to the study of the semantic space of the concept SUMMER in the linguistic Even worldview. In the course of the study direct nominations of the concept in the dialects of the Even language are identified and parallels of these key lexical units in all the languages of the Tungus-Manchzhur group, including the Mongolian languages and the Old Turkic language are established. The work also analyzes the internal form and semantic content of lexemes, verbalizing summer, the derivational fields of keywords in the Even language, which allowed to identify and structurize the dominant conceptual attributes of the concept in the ethnic linguistic consciousness. The practical significance of the work is that the results of the study can be used in special courses on ethnolinguistics, lexicology and comparative studies of the Tungus-Manchzhurian languages.

1. Введение

Концепт ЛЕТО в лингвокультуре эвенов относится к ключевым концептам. Как отмечает В.А. Маслова, «Ключевые концепты культуры занимают важное положение в коллективном языковом сознании, а потому их исследование становится чрезвычайно актуальной проблемой» [6, С. 51].

Характеристика лексем, реализующих ключевые концепты, позволяют определить место концепта в языковой картине мира этноса. Материалом исследования послужили двуязычные словари по эвенскому языку и другим тунгусо-маньчжурским языкам, также были привлечены лексикографические источники по монгольским языкам и древнетюркскому [4], [5], [9], [11]. Для более полного исследования этимологии и семантики слов, вербализующих концепт привлекались материалы полевых исследований автора и дополнительная информация носителей языка [7]. По мнению И.А. Стернина: «Лексикографическое значение в большинстве случаев оказывается недостаточным для описания реального функционирования слова в речи, оно всегда оказывается по объему меньше реального значения, существующего в сознании носителей языка» [15, C. 96]. Согласно утверждению В.И. Карасика: «Перевод специфических иноязычных выражений должен быть адекватным. Исследователь вправе дать буквальный перевод там, где это возможно и уместно. Например, раскрытие внутренней формы иноязычного слова может быть убедительным приемом для доказательства того или иного тезиса» [3, C. 19].

2. Методы и принципы исследования

В работе используются метод сплошной выборки и методы этимологического анализа, позволившие структурировать семантическое пространство концепта ЛЕТО в языковой картине мира этноса.

3. Основные результаты

В результате исследования выявлено, что концепт ЛЕТО в сознании носителей языка обладает макроментальным концептуальным пространством. В эвенских говорах отмечены две ключевые лексемы-репрезентанты концепта. Одна из прямых номинаций – дюгани ´лето´ обладает обширным деривативным полем, что говорит об архаичности и значимости данной лексемы в языковой картине мира этноса. Вторая лексическая единица ирэли ´лето´ зафиксирована в некоторых говорах западного наречия и не образует широкого круга словообразовательного гнезда и возможно имеет более позднюю природу существования. В лингвокультуре эвенов определены следующие понятийные признаки летнего сезона: жара, зной, гроза, гром, половодье, наводнение, орнитонимы, энтомосемизмы.

4. Обсуждение

В эвенском языке ключевыми репрезентантами концепта ЛЕТО являются две лексические единицы. В восточных говорах эвенского языка с дефиницией `лето` функционирует лексема дювуни ~ дююни ~ дёгни ~ дёк ~ дюгони [5], [9]. Параллели лексемы дюгани представлены во всех языках тунгусо-маньчжурской группы: эвенк. дюга ~ дюва ~ дюа `летом; лето`; сол. дюга `лето`; нег. ǯоа ~ ǯова ~ ǯоγа `летом; лето`; ороч. ǯува ~ ǯуа `летом; лето`; уд. ǯуани `лето`; ульч. ǯува ~ ǯуа `летом; лето`;  орок ǯува `летом; лето`; нан. ǯоа `летом; лето`; ма. ǯуваǯири орҳо `название растения`, ǯувари `лето`; чж. čū-ʼá ʼóh-lîn `лето` [12].

Аналогичные лексические единицы отмечены в монгольских языках: п.м. ǯун `лето; летом`, монг. зун `лето; летом`; ǰun (* ju1 -n), алх., бур., калм. зун лето [4], [11, C. 92.]

Также подобная лексема зафиксирована в древнетюркском языке – др.-тюрк. jun arïq название летовки вблизи Баласагуна [11, С. 92].

В эвенском языке лексическая единица дюгани образована от основы дюга-, являющейся производителем довольно обширного круга дериватов: дюгадяк `место летней стоянки`, дюгани `лето; летний`, дюганиду `летом`, дюгар `летний`, дюгарап ~ дювурап `летний; летнее время, летняя пора`, дюгасадяк ~ дювусадяк `летняя стоянка, летнее стойбище, становище`, дюгасак ~ дювусак `летняя одежда`, дюгастай ~ дювустай `проводить где-л. лето, летовать`, дюгудяк `летовка, летняя стоянка`, дюгур ~ дювур `летний`, дюгурма ~ дювурма `тропинка, тропа (летняя)`, дюкан `юрта временного типа (ставят летом)` [5], [9], [12].

Синонимом ключевой лексемы дюгани выступает слово, отмеченное в диалектной языковой картине мира ирөл, ирэли, ирулду Лам, Тюг, ирэл Алл, Н-К с дефиниционным значением ´лето; летний сезон´. Данная лексема не образует широкого круга деривативного гнезда и является образователем нескольких дериватов: ирълдэй~ ирөлдэй~ ирэлдэй `таять, оттаивать (о снеге, о льде); образовываться проталинам`, ирълчэ ~ирөлчэ `талый`, ирэлиду, ирулду Лам `летом`, ирэлидек `летовка, летняя стоянка` [7], [13], [14].

По хозяйственному календарю у восточных эвенов этот сезон был периодом дюгадяк «летовка» или у приморских эвенов «длительная летняя стоянка» [8].

Согласно календарю эвенов летний сезон охватывает три месяца – эври чордакич ´июнь´ (досл. месяц спускающихся суставов пальцев), дюгани хэе ´июль´ (досл. макушка лета), ойчири чордакич ´август´ (досл. восходящие суставы пальцев) [5], [12], [13].

У эвенов рода наматкан, проживающих на территории хребтов Верхоянья зафиксированы такие наименования летних месяцев: дилгос иланни (досл. месяц новой зелени (месяц отхода коры деревьев)) ´июнь´, орат иланни (нӫчэ) (досл. месяц травы) ´июль´, качумкини иланни (досл. месяц увядания зелени (природы)) ´август´[1, C. 148]. А.А. Алексеев, исследовавший народный календарь эвенов северо-западного Верхоянья пишет: «Летний месяц эвенов – дилгос илаанни – июнь, букв. месяц солнца, воды и новой зелени, месяц, когда кора деревьев отходит, месяц пробуждения и обновления природы. Данный месяц означает начало летнего сезона и древнего Нового года эвенов» [1, C. 149-150]. В месяц орат иланни ´июль´, означающий буйное цветение растительности начинается теплый и благоприятный сезон: набирают силы новорожденные оленята. По представлениям информантов эти летние месяцы отпущены именно для выращивания оленят – детей солнца, главного богатства эвенов [1, C. 151]. Основным признаком месяца качумкини иланни ´август´ у ламунхинских эвенов считается началом поры золотой осени. 

5. Семантическое поле концепта ЛЕТО в эвенской лингвокультуре

На основании анализа материалов художественной литературы, фольклорных произведений, лексикографических и этнографических источников выявлен состав семантического поля концепта ЛЕТО в языковой картине мира эвенов.

В семантическое поле концепта ЛЕТО включен признак хөкчи `жара, зной`. Данная лексема также употребляется в качестве прилагательных со значением `знойный, жаркий, палящий (о солнце)` [9]: Хөкчи одни. `Жара наступила`; Хөкчи инэӈил дагамра. `Жаркие дни наступают`; Хөкчи инэӈ илатчин. `Знойные дни будут стоять`.

Синонимом лексемы хөкчи в языковом сознании носителей языка может выступать лексическая единица хөкси ~ хөк, функционирующей со значением `жар` и `горячий, жаркий; горячо, жарко`. Слово хөкси-н с субстантивным аффиксом применяется с семантическим содержанием `жара, зной, жар`: Эрэв инэӈи хо хөкси. `Сегодня очень жаркий день`; Хөкси-н эмнэн. `Жара наступила`.

В семантическое поле концепта введено природное явление летнего сезона ненастье, вербализованное лексемой тид `дождь (длительный, затяжной), ненастье` и производной от нее лексической единицей тидэкун `ненастье, непогода, затяжной дождь`. Почти с таким же семантическим содержанием используется в ламунхинском говоре лексема мөнди `ненастье, непогода`. 

В состав поля ненастье, непогода внесен признак удан ´дождь´. Лексема удан является рефлексом корня уда-, образующего дериваты, относящиеся к различным частям речи: удалдай `начаться дождю`, удалавчидай `ждать дождя`, удалкан `дождливый`, удалувки ~ удаливки, удамӈаккит `кулик, бекас`, удан ´дождь´, удандай ´идти дождю´, уданра~ уданди ~удонни ´дождливая погода, ненастье´, удасак ~удахак ~удохок ´дождевик, дождевой плащ´, удасчидай ~ удосчидай ~ удухчидай ´накрапывать, моросить´, удандиддай `идти дождю` [9], [12]: Эрэв инэӈив удандиддан `Сегодня льет дождь`; Удолкан инэӈил эмнэ. `Дождливые дни наступили`.   

Характерным признаком летнего сезона в видении мира эвенов является половодье, реализованное в эвенском языке лексемой мөдэ `наводнение, половодье`, производной от основы мө `вода, влага, жидкость`.

В лингвокультуре эвенов синонимический ряд лексемы мөдэ выражен  лексическими единицами тилка с дефиницией `разлив, половодье, подъем воды` и словом өн, использующейся с семантическим содержанием `подъем воды, прилив, прибой`: Эгден нунал, окатал, мөдэникэн хултэррэ. `Разлились воды в устье больших рек (букв.)` .

Семантическое пространство концепта ЛЕТО в языковой картине мира эвенов характеризуется природными признаками гром, гроза, представленными в говорах рядом фонетических вариантов лексем: агди, агдири ~ авдири, ади `гром; гроза; радуга (Арм); иноск. медведь` (К-О), производные от корня-слова агди-, параллели которой зафиксированы во всех языках тунгусо-маньчжурской группы [12].

От корневой лексемы агди в эвенском языке образовано деривативное гнездо, продемонстрированное такими лексическими единицами: агди нюран, агдири нюран, агди тоган, авдири тогон (Лам), ади тогонна (Арм) `молния` (досл. стрелы грома, огонь грома), агдилкан, авдилкан, авдирилкан `громовой, грозовой`, агдилкан удан `гроза (досл. дождь с громом)`, агдиридай ~ авдиридай `греметь (о громе)`, агдирилдай ~ авдирилдай `загреметь (о громе)`, агдирисандай ~ авдирихондай `грянуть, прогреметь (о громе)`, агдисаг (Ох) `частые раскаты грома`, аhдерı (К-О) `чемерица (ядовитое растение)` [12].    

Природное явление летнего сезона радуга представлена в эвенских говорах лексемами: маранӈа, нӫлтэн маранӈан, нӫлтэн хеканни Инд, гарпаӈа (К-О), гарпанӈа (Лам, Ох), гарпони, туг ӈэринни (У-Я) [12]: Удон амардадукун гарпанӈа гилдэркинни. ´После дождя радуга блеснула´.

В семантическое поле концепта ЛЕТО в языковом сознании эвенов включены энтомосемизмы, в состав которого вошли куличан ´комар´, докал ´бабочка´ и различные виды жуков  [12]. Признак куличан ´комар´ в эвенской лингвокультуре является одним из доминантных признаков летнего сезона. Данный признак актуализирован в этнической языковой картине мира фразеологическими выражениями, которые демонстрируют наличие множества комаров: Кулин бэйу төббөббэтти. `Комар(ы) людей на руках носят (букв.) (О множестве комаров)` [7].

По существующим у эвенов запретам комаров нельзя убивать –случится несчастье. Однажды летом стали комары осаждать женщину. Она сшила из ровдуги мешочек и стала ловить комаров и собирать в мешочек. Набрала полный мешочек и подвязала его к зимней кухлянке. Пришли холода, женщина надела кухлянку, а мешочек выбросила на мороз, сказав: «Мне тепло, а вы теперь замерзайте!». Вновь наступило лето, комары напали на женщину, выпили из нее всю кровь. С тех пор комаров не убивают [10, C. 200]. 

Признак бабочка, включенный в состав семантического поля летнего сезона, реализован в эвенском языке лексемами докал с дефиницией `бабочка, мотылек`, также с помощью композитов докалдоли Лам, докалдани, доӈколдоли Тюг `бабочка`. В языковой картине мира эвенов зафиксирована детская скороговорка, демонстрирующая отношение детей-эвенов к окружающему пространству как почти к равному себе: «Докал, доли, доли! Докал, доли, доли! Этэм маро, маро!. `Бабочка, садись, садись! Бабочка, садись, садись! Я тебя не убью, не убью!`».

В диалектной картине мира существуют приметы, связанные с жуками-долгоносиками `онтокос`, еще его называют авдири комордохон ´грозовой жук´ или ´жук, предвещающий грозу´: Онтокос хоя орокон – төгэчин омоллон. `Если жуков много стало – это к плохой погоде`. Удан эмдэй нэктэкэн онтокохол дюла иврэр. ´Перед дождем жуки заползают в дом´ [7].    

В семантическое поле концепта ЛЕТО включен признак чукачар ´птицы´, в состав которого вошли следующие признаки:   

1) кэкучэн ´кукушка´ в эвенской лингвокультуре является предвестником лета. Первая кукушка начинает куковать в местах проживания эвенов с 22 мая (день святого Николы);

2) птичка с наименованием иду бидим, в буквальном переводе означает ´где я буду (жить)´. По утверждению информантов данная птичка перед дождем обычно поет иду бидим ´где я буду (жить)´, перед засухой, перед знойными днями она поет илэ бучудим  ´где я буду засыхать´ [7].

В традиционной культуре эвенов зафиксировано множество запретов и примет, связанных с птицами, например: Кэкучэн кэкуникэн дю далилин дэггөттэкэн – як-та кэнели оваттан. ´Если кукушка, кукуя, летает недалеко от жилища – случится что-то плохое´ [2, C. 242]; Чукачан умтаван эмэкэн тэбэлгэрэр – удалдик, төнӈэкич. ´Птичьи яйца нельзя давить –может начаться дождь, грешно´ [2, с. 200]; Кэкучэн нян хөнтэт төрэрэкэн – хөкчи одай нэктэн. ´Если кукушка кукует на разных голосах – это к наступлению жарких дней´ [7]; Чукачан дюла ирин кэнели – як-ку кэнели омоллон. ´Если в дом заходит птица, то это к плохому, может случиться несчастье´ [7].

6. Заключение

Таким образом, концепт ЛЕТО, составляющая концептосферы  ВРЕМЕНА ГОДА, в сознании носителей эвенского языка относится к ключевым концептам.  В лингвокультуре эвенов концепт ЛЕТО реализован общеэвенской лексемой дюгани со значением `лето, летний сезон`, производной  от корневой основы дюга-, корреляции которой выявлены во всех тунгусо-маньчжурских языках, также в монгольских и в древнетюркском языке. Лексическая единица дюгани обладает довольно значительным деривативным полем. Синонимический ряд представлен лексемой ирэли, ирулду с дефиницией `лето, летний сезон`, зафиксированной в некоторых западных говорах эвенского языка. Характеристика этимологического слоя лексем-репрезентантов концепта позволили определить, что основным семантическим содержанием летних месяцев является следующее: июнь –  длительная летняя стоянка, месяц новой зелени, месяц появления комаров; июль – месяц травы, растительности, пора выращивания оленят; август – месяц увядания зелени (природы), начало поры золотой осени. В семантическое поле концепта ЛЕТО в эвенской языковом сознании включены доминантные понятийные признаки летнего сезона: жара, зной, гроза, гром, половодье, наводнение, орнитонимы, энтомосемизмы.

Article metrics

Views:837
Downloads:1
Views
Total:
Views:837