Проблема «героя времени» в «Гибели красных богов» А.А. Проханова
Проблема «героя времени» в «Гибели красных богов» А.А. Проханова
Аннотация
Статья посвящена исследованию проблемы «героя времени» в романе А.А. Проханова «Гибель красных богов», входящем в цикл «Семикнижие красного завета». Целью работы является анализ специфики воплощения и трансформации этой классической для русской литературы категории в прозе Проханова, отражающей кризисную эпоху распада СССР. Методология исследования включает сравнительно-исторический анализ для выявления преемственности с литературной традицией, а также инструментарий мифопоэтики и нарратологии для интерпретации художественного мира романа. В центре внимания — образ генерала-разведчика Виктора Белосельцева, который исследуется через несколько ключевых аспектов: трагедию осмысления исторического процесса, мифологизацию его фигуры как «последнего солдата империи», диалогическое противостояние с антигероями и синтез жанровых традиций. Основные результаты проведенного анализа демонстрируют, что Проханов радикально переосмысляет тип «героя времени». Если классический герой XIX века был рефлектирующей личностью, а советский — активным строителем будущего, то Белосельцев представляет собой страдательную фигуру аналитика и наблюдателя, обреченного на пассивное участие в предопределенном апокалипсисе. Через поэтику сюрреализма и мифологизацию Проханов создает уникальный образ героя, который становится рупором коллективной постимперской травмы и символизирует переход от веры в линейный прогресс к пониманию истории как циклического процесса, требующего искупительного очищения через национальную катастрофу.
1. Введение
Проблема «героя времени», впервые сформулированная М.Ю. Лермонтовым в романе «Герой нашего времени», стала одной из центральных тем русской литературы XIX–XX веков. Термин обозначает литературного персонажа, чье мировоззрение, действия и внутренняя борьба являются выражением основных тенденций и конфликтов определенной эпохи. В русской литературе XIX века сформировалась целая галерея таких образов, ставших символами своего времени, таких как Евгений Онегин, Григорий Печорин, Андрей Болконский и многие другие .
А.А. Проханов внес значительный вклад в разработку этой темы. Его творчество характеризуется глубоким анализом внутреннего мира героев, их взаимодействия с окружающей действительностью и влияния на общественные процессы. Проблема «героя времени» является одной из центральных в «Семикнижии красного завета» — серии из семи романов, повествующих о становлении личности генерала Белосельцева и происходящих со страной и людьми метаморфозах на фоне различных вооруженных конфликтов .
В данном цикле проблема «героя времени» получила свое многогранное воплощение в образе генерала разведки Виктора Белосельцева. Этот персонаж не просто выполняет функцию сквозного героя, связывающего различные романы цикла в единое повествовательное полотно, но и выступает сложным художественным конструктом, в котором кристаллизуются ключевые черты национального самосознания, исторической рефлексии и метафизических исканий, характерных для переломных эпох российской истории конца XX – начала XXI века . Через его фигуру Проханов осмысляет судьбу патриотически настроенной интеллигенции, оказавшейся на разломе российской государственности. Из семи романов именно в «Гибели красных богов» наиболее ярко проявляет себя специфика формирования образа героя времени, так как этот роман отличается особой структурой и стилем изложения, позволяющими глубоко исследовать природу героя времени.
2. Основные результаты
Пятый роман цикла «Семикнижие красного завета» Александра Проханова называется «Гибель красных богов» и представляет собой значимое явление в литературном цикле, посвященном осмыслению «героя времени». Это произведение создано в период интенсивных историко-культурных поисков автора, обращающегося к критическим моментам российской истории. Действие романа разворачивается в переломный исторический момент — эпоху крушения Советского Союза, который в мифопоэтике Проханова предстает как гибель «красных богов» и всей прежней космологии. Главный герой оказывается в эпицентре «самого мучительного, рвущего его сердце и душу противостояния» . Он — «закаленный в горнилах локальных войн» в Афганистане, Намибии, Кампучии и Никарагуа профессионал, чьи титанические усилия и «нечеловеческое напряжение воли» направлены на то, чтобы «верно осмыслить происходящее и разумно повлиять на ход истории» . Проханов помещает своего героя в ситуацию цивилизационного коллапса, где прежние ориентиры разрушены, а новые лишь формируются в борьбе различных политических сил.
Александр Андреевич в данной книге создает настоящую символическую фигуру, чья биография совпадает с судьбой империи. Согласно исследованию «Александр Проханов и Захар Прилепин: реализация «философии поступка» в прозе и публицистике» А.В. Татаринова и К.В. Штейнбаха, для творчества Проханова характерно «сознательное построение исторически обусловленной судьбы», где «литературное творчество согласовано с идеологией и политикой» . Белосельцев становится проводником авторской концепции «героя времени» как личности, пытающейся противостоять как слепой стихии разрушения, так и циничным силам, управляющим этим процессом.
Проблема «героя времени» в «Гибели красных богов» раскрывается через несколько существенных аспектов. Во-первых, это трагедия осмысления исторического процесса: Белосельцев, переведенный с оперативной на аналитическую работу, пишет монографию об «организационном оружии» врага, пытаясь концептуализировать методы противодействия разрушительным силам . Это отражает характерную для Проханова «философию поступка» — стремление героя не просто наблюдать, но и осмысливать, а через осмысление — влиять на ход событий. Интеллектуальное усилие героя становится формой сопротивления хаосу.
Во-вторых, это мифологизация образа и его трансцендентные черты: в соответствии с общей поэтикой Проханова, склонной к повторению устойчивых художественных схем, Белосельцев наделен чертами «последнего солдата империи», мифологического защитника утрачиваемых святынь. Его образ приобретает метафизическое измерение, что соответствует авторскому замыслу представить героя как носителя «иной царственности», противостоящего силам распада .
Например, Белосельцев приходит к осознанию тотального подчинения всех событий Мутанту — хозяину Болта Мира. Посредством поворота этого Болта Мира Мутант получает возможность воздействовать на исторический процесс, направляя Россию по пути страданий, интерпретируемых как необходимое условие для последующего очищения. Все ключевые события повествования предстают как прямые следствия манипуляций Мутанта: это и вмешательство ЦРУ, и деятельность Чекиста — создателя патриотического заговора, в итоге предавшего собственные идеалы, и даже гордый марш последнего солдата империи Белосельцева. Центральный герой «Гибели красных богов» сохраняет амплуа мыслителя и наблюдателя, однако эта роль в значительной степени утрачивает смысл, поскольку Виктор отныне является такой же шестеренкой мировой судьбы, как и прочие персонажи . Политики, актеры и медийные лица в романе репрезентированы как механические марионетки, лишенные даже базовой человеческой воли: «Мимо пронеслась, не касаясь земли, русалка с распущенными зелеными волосами, с розовыми губами, жадно ищущими поцелуя... Белосельцев узнал в ней ту, что боролась с привилегиями кремлевских вождей. Вдруг из нее со стуком выпал тяжелый коленчатый вал, вылилась грязная маслянистая жижа» .
Метафорическая структура «Гибели красных богов» определяется не только авторской интенцией создать оригинальную оптику для восприятия исторических событий, но и глубоко личными переживаниями прозаика: «Я сам находился в состоянии паники. Бесы гнались за мной, они требовали моей казни… Я помню этот ужас мистический… Поэтому я писал свой роман, изображая правду фантасмагорическими средствами…» . Проханов конструирует новую литературную реальность с целью обнажения противоречий реальности общепризнанной. В восприятии Белосельцева военная техника уподобляется диким зверям, чьи пасти наполняют лазареты, танкисты декламируют кодекс чести самурая, а ветераны Вьетнама катают по улицам велосипед с седлом из кожи американского солдата. Этот фантасмагорический ужас акцентируется в сценах с Мутантом, визуальный ряд которых отсылает к художественной манере Босха: «Мутант смотрел на вечернее озеро, все больше приобретавшее цвет перламутровой раковины. У него на руках нежно извивался, шаловливо шевелил пупырчатыми щупальцами маленький осьминог с головой Карла Маркса. На ладонь Мутанта села большая изумрудная стрекоза с лицом Михаила Ивановича Калинина. Шелестела слюдяными крыльями, перебирала чуткими лапками» . Фантасмагорическое безумие, воплощенное Прохановым, служит художественной репрезентацией того ужаса и неразберихи, в которых пребывала страна в 1991 году, того хаоса и ощущения абсурда, охватившего современников .
В-третьих, стоит выделить диалогическое противостояние с «антигероями». В «Гибели красных богов» Виктор Белосельцев сталкивается с представителями различных идеологических лагерей – от демократов, «питаемых англосаксами», до консерваторов-государственников. Эти столкновения носят не только политический, но и онтологический характер. Описывая круг демократов, Проханов прибегает к сюрреалистической образности: «Белосельцеву было страшно смотреть. Он чувствовал слепую беспощадную мощь этих сконструированных существ, что двигались по его любимой земле, покрывая ее чешуей, сжирая и выстригая деревни и рощи, города и космодромы, храмы и заводы» .
И, наконец, в-четвертых, синтез жанровых традиций в создании образа. Художественное воплощение героя в данном романе осуществляется, в основном, через соединение элементов разных жанров – политического романа, мистической притчи, идеологического памфлета. Как метко отмечается в одной из рецензий на книгу, творчество Проханова представляет собой «эдакую слегка интеллектуальную бондиаду», где герой обладает сверхспособностями к выживанию и активному действию в экстремальных условиях . Однако этот пласт боевика всегда сочетается с глубокой рефлексией о судьбе страны, что создает многогранный образ «героя времени», способного мыслить и действовать в различных условиях и обстоятельствах.
3. Заключение
В итоге можно заключить, что в романе «Гибель красных богов» проблема «героя времени» решается А.А. Прохановым через создание символической фигуры, своего рода «последнего солдата империи», чьи усилия направлены на осмысление катастрофы и поиск путей преодоления исторического тупика. Через поэтику сюрреализма, мифологизацию образа и синтез жанровых традиций Проханов создает образ героя, отражающий его концепцию «героя времени» как носителя «философии поступка» в условиях цивилизационного кризиса.
Фигура Виктора Белосельцева в «Гибели красных богов» представляет собой уникальный для конца XX века тип «героя времени» — не деятеля, способного изменить ход истории, но аналитика и наблюдателя, обреченного на пассивное участие в предопределенном апокалипсисе. Его трагедия заключается в осознании собственного бессилия перед метафизическими силами, управляющими историей, что отражает глубину национального шока и экзистенциального кризиса, пережитого российским обществом в эпоху распада СССР. Генерал-мыслитель становится рупором коллективной травмы, а его интеллектуальные усилия — формой сопротивления тотальному хаосу.
Проведенный анализ позволяет утверждать, что Проханов не просто продолжает классическую традицию «героя времени», но и радикально переосмысляет ее в контексте постимперской травмы. Образ Белосельцева знаменует собой переход от веры в возможность линейного прогресса к пониманию истории как циклического процесса, требующего искупительных жертв и прохождения через «чистилище» национальной катастрофы для грядущего возрождения.