1. Введение

На данный момент слово «санкция» имеет широкий контекст употребления в различных сферах — юриспруденции, дипломатии, экономике, политике. Изучению санкций и их влияния на экономику посвящаются многие современные работы (Нуреев, 2017; Тимофеев, 2023; Тупчиенко, 2024; Hufbauer, 2009;Kern, 2009; Marossi, Bassett, 2015; Gordon, 2019; Beaucillon, 2021; Subedi, 2021; Mulder, 2022) несмотря на то, что санкции представляют собой очень древний инструмент внешней политики [2], [8], [10].

Широкое освещение СМИ темы санкционного давления в рамках современной международной политики способствует дальнейшему обсуждению санкций уже за пределами экспертного сообщества, в дискурсе бытийном и даже бытовом. В какой-то мере данное слово стало «модным», часто используемым в дискуссиях о рычагах политического воздействия, имеющих, как правило, пенитенциарный характер.

В большинстве словарей санкции определяются как рычаг влияния в международных отношениях в случае нарушения страной или группой стран определенных прав и обязательств, в результате чего страны или организации-инициаторы предпринимают различные действия, чтобы вынудить объект отказаться от осуществляемой им деятельности.

Так, в Большой Российской Энциклопедии дается определение санкций из сферы правоведения как «элемента логической структуры правовой нормы, указывающий на неблагоприятные последствия совершения лицом неправомерного деяния (правонарушения)» [5].

Большой Бухгалтерский Словарь определяет санкции как «меры принудительного воздействия, применяемые к нарушителям установленного порядка осуществления хозяйственно-финансовой деятельности и влекущие для них определенные неблагоприятные последствия» [3].

В Новом дипломатическом словаре, опубликованном на сайте Дипломатической академии МИД России, санкциями называются «действия дипломатического, экономического, военного или иного характера, осуществляющиеся традиционно против государства, нарушившего международное право, с целью вынудить объект отказаться от осуществляемой им деятельности» [4].

Определения санкций, зафиксированные в словарях, дают прескриптивно-нормативное употребление данной лексемы. Необходимо также учитывать, что данные словарей не демонстрируют «действительного» контекста употребления лексемы «санкция», как это слово используется в текстах разных стилей и жанров, в речи, с какими словами сочетается, и, соответственно, какие дополнительные значения может иметь. Наконец, отдельно взятые словарные дефиниции достаточно сложно использовать для получения данных в диахроническом аспекте, если, например, стоит задача рассмотреть изменения значения слова, которые происходили на протяжении длительного периода времени от его первого употребления до настоящего момента. В этой связи представляется целесообразным использовать не только метод словарных дефиниций, но комплекс методов корпусной лингвистики, которые доступны благодаря электронным корпусным словарям.

Цель настоящего исследования — рассмотреть изменения значения лексемы «санкция» в русскоязычных текстах в диахроническом аспекте, а также представить особенности объективного использования лексемы «санкция» в современных русскоязычных и англоязычных текстах СМИ.

В качестве основных источников анализа языкового материала были использованы данные Национального корпуса русского языка (НКРЯ), подкорпуса «Центральные СМИ» и Британского национального корпуса текстов (BNC от англ. British National Corpus), макрокорпуса «Новости в Интернете» (News on the Web).

Результаты работы могут представлять интерес и быть использованы не только в практике преподавания и исследованиях в рамках дисциплин лингвистического профиля, но и в сфере политологии, юриспруденции, дипломатии и международных отношений.

2. Основные результаты

Согласно этимологическому словарю Online Etymology Dictionary [9], слово «санкция» от лат. sancionem впервые стало употребляться в 1560-е гг. в значении «закон», «указ». Это существительное действия от основы причастия прошедшего времени sancire — to decree, confirm, ratify, make sacred, что значит «постановить, утвердить, утвердить, освятить» (здесь и далее перевод наш. — Е. К., А.Ч.). Первоначально слово имело религиозный контекст употребления и использовалось, когда речь шла об утверждении церковных указов.

В значении, близком к современному — «наложения наказания за невыполнение каких-либо норм или законодательно установленных правил» — слово употребляется уже с 1630 г.: «наказание, вводимое в соответствии с положением закона, обеспечивающее его соблюдение»/«a penalty enacted according to a provision in a law to enforce obedience to it» [9] (курсив наш. — Е. К., А.Ч.).

В конце XVII в. слово «sanction» также имеет значение «положение закона, которое обеспечивает послушание посредством наград или наказаний»/«a provision of a law which enforces obedience through rewards or penalties» [9].

Экономический контекст употребления слова «sanction» прослеживается с 1919 г.: «экономические или квазивоенные действия одного государства против другого»/«economic or quasi-military action by a state against another» [9].

Заимствование слова «санкция» русским языком происходит примерно к середине XIX в. Так, согласно данным НКРЯ, первое употребление слова зафиксировано в «Записках» М. А. Корф, созданных в 1838–1852 гг. [1]. Фиксация слова «санкция» в словарях заимствований русского языка происходит в начале XX века. Например, в «Новом полном словаре иностранных слов, вошедших в русский язык» дается следующее определение: «сáнкцiя лат. — утверженie законопроекта главой государства; узаконенie; ǁ утвержденie чьимъ-л. авторитетомъ, разр̵̵ѣшeнie; ǁп р а г м а т и ч е с к а я ~ — каждый изъ важнѣйшихъ законодательныхъ актовъ, изданныхъ въ разныхъ странахъ и разсчитанныхъ на вѣчныя времена» (разрядка автора. — Е. Е.) [6, С. 429].

С течением времени слово «санкция» приобрело в русском языке дополнительные значения, стало употребляться в текстах разных стилей, о чем свидетельствуют данные корпусной лингвистики. Ниже представлены обобщенные результаты анализа употребления слова «санкция», проведенного на основе данных НКРЯ по поисковому запросу «портрет слова «санкция»» [1]. Так, интерес представляют изменения ближайших семантических ассоциатов слова «санкция», то есть слов, имеющих схожий контекст употребления со словом-ключом, что позволяет проследить изменения семантики анализируемого слова (см. колонку 2 табл. 1). Примеры контекстуального употребления слова «санкция», доступные в корпусе текстов русского языка, начиная с первого зафиксированного употребления данного слова до настоящего времени, демонстрируют, как постепенно расширялась сфера функционирования cлова.

Как показывают данные основного корпуса текстов НКРЯ, в том числе благодаря моделям дистрибутивной семантики, в XIX в. заимствованное слово «санкция» начало входить в русский язык и употреблялось в церковном и правовом дискурсе в значении, указанном выше в «Новом полном словаре иностранных слов, вошедших в русский язык» — «утверждение» и «законодательный акт». К началу XX в. слово чаще используется в светских текстах официально-делового и публицистического стиля, преимущественно сохраняя свою семантику с допущением, что «утверждение» или «одобрение» чего-либо может осуществляться не только законом, но и любым органом, имеющим на это право. Примерно с 1920 г. наблюдается расширение значения слова «санкция». Слово приобретает еще одно значение накладываемого уполномоченным органом «наказания», что также подтверждается такими словами-ассоциатами этого временного периода, как «ограничение», «контрибуция», «предупреждение», «ограничение» и «выговор».

Современный этап функционирования слова «санкция» в текстах на русском языке, особенно публицистического стиля, часто отмечен присутствием в ближайшем контексте слова-ключа негативно окрашенной и оценочной лексики (см. также слова-ассоциаты). Эту особенность функционирования слова можно рассматривать, как показатель стирания четких стилистических границ его употребления — с точки зрения языка и актуальности темы санкционного воздействия на Российскую Федерацию, широко освещаемой в СМИ и, как следствие, в бытийном дискурсе — с точки зрения общественной реакции на данную политику. Резкое увеличение относительной частоты употребления слова «санкция» в русскоязычных текстах с 2017 г. (см. рис.1) с 33,66 употреблений до 183,75 употреблений (частота или IMP определяется как количество вхождений всех форм слова за один год, поделенное на объем корпуса за этот год и умноженное на 1 млн.) также свидетельствует в пользу возросшей обсуждаемости и значимости темы санкций для нашей страны. В то же время абсолютная частота употребления слова «санкция» относительно невелика — IPM 8,437 (показатель IPM, от <1 для слов редкого употребления до 1000 и выше для очень распространенных слов, указывает на довольно низкую частотность словоупотребления).

Для сравнения особенностей употребления слова «санкция» в русскоязычных и зарубежных англоязычных текстах обратимся к макрокорпусу «Новости в Интернете» (News on the Web), представленному в Британском национальном корпусе текстов [7]. Особенностью данного макрокорпуса является репрезентативность коллекции новостных интернет-текстов на английском языкеза счет ежедневного пополнения корпуса из ресурса Google News. На данный момент макрокорпус содержит свыше 23,3 млрд словоупотреблений и представлен двадцатью национальными и региональными вариантами английского языка.

Поисковый запрос «sanctions» дает следующую динамику употреблений в англоязычной прессе (см. рис. 2). Построчно показана общая количественная частотность (Freq.); общий объем слов выборки в миллиардах (words (M.)); частота использования слова к общему количеству слов (per mil.). «Всплески» частотности показывают актуальность темы «санкций» в СМИ (2018 г., 2022–2023 гг.). В целом можно наблюдать интерес к данной теме, который снизился в пандемийный период 2020–2021 гг. из-за другой острой глобальной проблемы — эпидемиологической ситуации в мире.

Также интерес представляют результаты сопоставления данных по сочетаемости лексемы «санкция» в русскоязычных и англоязычных текстах (см. табл. 2).

В русскоязычных текстах современных СМИ слово «санкция» наиболее часто совместно употребляется с именем собственным «Россия», а также однокоренными словами «антиросийский», «российский», что естественно для текстов национальных новостей в РФ. Наряду с глаголами состояния (быть, мочь) и действия (вводить, снимать) также достаточно часто используется название государства, по отношению к которому также введено множество международных санкций – «Иран», ряд прилагательных, описывающих санкции — «новые», «экономические», «штрафные», а также прилагательное «американский» и существительное «Евросоюз», прямо указывающие на страну и организацию — субъект введения санкций.

В англоязычных новостных текстах первым значимым словом, сочетающимся с «sanction» (после неопределенного местоимения «any»), идет слово «government»/«правительство» — как инициатор введения санкций для достижения своих целей. Далее в ближайшем контексте слова идут глаголы, которые обозначают возможные действия с санкциями — санкции можно «поддерживать» (support, endorse), «поощрять» (encourage), «верифицировать» (verify) и т. д. Кроме глаголов, есть также существительные и прилагательные, которые раскрывают значение слова «санкция» — «привлечение к ответственности» (prosecution), «законный» (legal), «решение» (decision). Единственное имя собственное среди коллокатов — «Россия» (Russia).

3. Заключение

1. Первое зафиксированное употребление слова «санкция» в английском языке (от лат. sancionem) восходит к 1560-ым гг. Первоначально слово имело религиозный контекст употребления и использовалось, когда речь шла об утверждении церковных указов.

2. Заимствование слова «санкция» русским языком происходит примерно к середине XIX в. До начала XX в. слово «санкция» используется преимущественно в церковно-богословском, а также правовом дискурсе в значении «утверждение», «законодательный акт». Фиксация слова «санкция» в словарях заимствований русского языка происходит также в начале XX века.

3. В русском языке с начала XX в. слово «санкция» стало употребляться преимущественно в светских текстах различных сфер деятельности — юриспруденции, экономике, дипломатии и публицистике. Примерно с 20-ых гг. XX в. помимо первоначального значения действия «с разрешения закона», слово «санкция» приобрело дополнительное значение мер «по наказанию» за несоблюдение каких-либо норм или правил. Более того, наиболее частотные семантические ассоциаты слова-ключа «санкция» в русском языке указывают на то, что данная лексема стала преимущественно использоваться в значении «наказания».

4. С 2017 г. наблюдается резкое увеличение относительной частоты употребления слова «санкция» в русскоязычных текстах с 33,66 до 183,75 употреблений, при этом абсолютная частота употребления слова «санкция» относительно невелика — IPM 8,437.

5. В современной русскоязычной и англоязычной прессе наблюдаются отличия в сочетаемости слова «санкция». В дискурсе, выстраиваемом вокруг слова-ключа «санкция» в русскоязычных текстах СМИ достаточно четко определены субъект и объект санкций и их характер — Россия выступает объектом новых экономических штрафных санкций со стороны США и Евросоюза. Устойчивые словосочетания со словом «санкция» в англоязычных новостных текстах достаточно нейтральны и разрозненны — в основном именуют общие действия санкций, вводимых правительством как органом, имеющим на это право. В то же время и в русско- и в англоязычных текстах современных СМИ со словом «санкция» используется имя собственное «Россия», что выявляет основное государство — объект санкций на данный момент в связи с текущей политической ситуацией, всесторонне обсуждаемой в прессе.

The additional file for this article can be found as follows: