1. Введение

Несмотря на то, что лингвисты все чаще обращаются к изучению речевых портретов представителей разных профессий, речь хоккейных тренеров пока мало изучена. Речь Николая Заварухина — яркий пример профессионального спортивного дискурса, где важную роль играют эмоции, спонтанность и высокая скорость реакции.

Цель исследования — описать речевое поведение Николая Заварухина и выявить основные характеристики его речи, отражающие профессиональную специфику и индивидуальный стиль тренера.

Теоретическую основу исследования составляют работы М. Флейшхакер и Е. Граф, посвященные анализу речи в коучинговых практиках с применением конверсационного анализа, а также Л.А. Сириновой, А.Т. Семёновой и Н.Н. Дубовской, где рассматриваются способы выражения негативных эмоций в речи. Эти исследования помогают понять, каким образом эмоциональные и прагматические аспекты взаимодействуют в профессиональном общении.

В качестве материала для настоящего исследования был выбран выпуск программы «Хороший Гол: Тренер. Микрофон на Николае Заварухине» длительностью 22 минуты 30 секунд. Итоговый стенографический скрипт содержит 1679 слов (10030 знаков). Стоит отметить, что данные числовые показатели не имеют достоверности ввиду ограниченности медиапространства (длительность одного матча 60 минут). В процессе анализа были выявлены наиболее частотные элементы в речи Н. Заварухина: ненормативная лексика, частица «да», фамильярные антропонимы и иностранные слова. Кроме того дополнительно были просмотрены все выпуски победных раздевалок, опубликованных в социальных сетях ХК «Автомобилист» с 2021 года (164 победы на 27.01.2025), которые подтвердили валидность выводов.

2. Методы и принципы исследования

Речевое поведение является частью речевого портрета, который передает индивидуальность и уникальность любого человека независимо от его пола, этноса, возраста и профессии. Опираясь на определение Т.П. Тарасенко, речевой портрет понимаем как «совокупность языковых и речевых характеристик коммуникативной личности или определённого социума в отдельно взятый период существования» [9]. При исследовании речевого поведения Николая Заварухина особое внимание будет обращено на те аспекты, которые характеризуют его именно как хоккейного тренера.

Речевое поведение формируется под влиянием жизненного опыта и конкретной ситуации общения. Оно представляет собой совокупность речевых действий человека и позволяет создавать мнение о его коммуникативных привычках [3, С. 149]. Структура речевого поведения включает вербальные и невербальные части. Вербальное поведение связано с использованием языковых средств: подбором слов, построением предложений, формулировкой вопросов и ответов, способом обращения к собеседнику. Невербальное поведение включает в себя жесты, мимику, позу, направление взгляда и тела, а также просодические характеристики речи — интонацию, тембр и высоту голоса, темп речи. Кроме того, важную роль играют экстралингвистические элементы, такие как паузы, смех, вздохи, а также тактильные и проксемические средства общения. При исследовании речи Николая Заварухина будет рассмотрено только вербальное поведение.

Для более полного понимания речевого поведения личности важно учитывать не только совокупность языковых признаков, но условия, в которых осуществляется речевое взаимодействие. Речь всегда реализуется в конкретной ситуации общения, связанной с целями коммуникации, ролями участников, их взаимоотношениями и социальным контекстом. В связи с этим возникает необходимость обращения к более широкому понятию — дискурсу, который позволяет рассматривать речь принимая во внимание коммуникативную ситуацию.

Согласно А. А. Аветяну, «Термин discourse впервые был введен американским ученым З. Харрисом в 1952 году и рассматривался как сложное высказывание, сверхфраза, состоящая из нескольких простых фраз» [2, С. 116]. Существует множество видов дискурса: политический, дипломатический, административный, юридический и т.д. [2]. В данной статье стоит взять во внимание спортивный дискурс, который, согласно Сняткову К.В., определяется как «речь, которая транслирует смыслы, определяющие спортивную деятельность, и совокупность произведенных текстов, фиксируемых письмом или памятью» [8, С. 139].

3. Основные результаты

Рассмотрим наиболее частотные аспекты, выявленные в речи Н.Н. Заварухина:

1. Использование обсценной лексики.

2. Частое употребление частицы «да» в конце предложений.

3. Использование прозвищ игроков, образованных от их имен и фамилий.

4. Случаи код-свитчинга между русским и английским языками.

Ненормативная лексика, согласно А.Т. Семеновой и Н.Н. Дубовской, является табуированной (недопустимой) и воспринимается говорящими как отталкивающая и непристойная [6]. В исследуемом материале были найдены 29 случаев использования ненормативной лексики. Чаще всего данная лексика использовалась именно во время матча (27 случаев).

В своей речи Н.Н. Заварухин использует обсценную лексику для интонационного акцента, эмоциональной разрядки, выражения разочарования («Так же не может быть (б***ь))» или стимуляции игроков («Ну (б***ь) уйди, Мэркс, оттуда-то (б***ь)»). Обсценные выражения постоянно внедряются в синтаксические конструкции, часто занимая позиции после междометий или глаголов. Такое использование бранных слов демонстрирует, что мат у Заварухина является не маргинальным элементом, а частью спонтанной устной речи. В условиях общения с командой подобная лексика теряет грубый характер и становится социально допустимой, становясь маркером принадлежности к внутреннему, мужскому языку команды.

Таким образом, ненормативная лексика в речи тренера выполняет не только эмоциональную, но и объединяющую функцию. Она помогает поддерживать внутренний командный дух и служит средством выражения лидерства и уверенности.

Частица «да» — один из наиболее часто встречающихся элементов речевого стиля Заварухина. Только в стенографическом скрипте телепередачи «Хороший гол» было найдено 33 случая использования этой частицы в конце вопроса, например: «Движение, брейкауты, да?»; «Смотрите по рукам, да?»; «Вот так, парни, дорабатывайте каждый момент, да?». Также это междометие является неотъемлемой частью речи тренера в победной раздевалке.

В структурном плане «да?» почти всегда располагается в конце высказывания, создавая эффект риторического вопроса и создавая эффект диалога даже в монологической речи. Согласно положениям конверсационного анализа, на которых базируется лингвистическая часть проекта Questioning Sequences in Coaching [1], вопрос обладает внутренним преобразующим потенциалом, заложенным в его последовательной организации. Как типичная смежная пара, вопрос функционирует как инициирующий элемент, который делает последующий ответ условно необходимым для поддержания диалога. Именно поэтому в подобных форматах общения вопрос требует вербальной реакции со стороны собеседника. Отсутствие ответа воспринимается как нарушение коммуникативной нормы и создает значимое отсутствие в потоке разговора. Кроме того, вопрос не только побуждает к ответу, но и предопределяет его характер, формируя ожидания относительно типа действия, темы и коммуникативной направленности реплики.

В исследуемом контексте, использование частицы «да» в конце вопроса — как в конструкциях типа «Контроль игроков, контроль клюшек, да?» может рассматриваться как средство структурирования предпочтительного ответа и как инструмент регуляции межличностной согласованности в диалоге. Это вовлекает слушателя в процесс понимания, обеспечивает психологическое включение каждого игрока.

Обращая внимание на невербальные знаки Н.Н. Заварухина во время речи (частое потирание рук, почесывание лица, перебирание вещей, находящихся в руках) может также указывать на волнение и стресс говорящего во время речи, однако в данном исследовании мы это не учитываем. В этом случае частица «да» является словом-паразитом. Согласно Е.С. Маркеловой, В.О. Шиль и Н.В. Короткову, «функциональные возможности слов-паразитов решают ряд проблем людей, испытывающих трудности в связи с волнением, потребностью дополнительного времени для поиска нужного слова» [4, С. 642]. Они облегчают процесс общения, в таком случае человек, не привыкший произносить длинные речи, испытывает трудности, когда ему приходится что-то рассказывать.

Таким образом, частица «да?» в речи Николая Заварухина выполняет несколько функций. Она помогает удерживать внимание слушателей и одновременно служит естественным элементом спонтанной речи, проявлением человеческой реакции на стресс

В речи тренера активно используются фамильярные антропонимы, образованные от фамилий и имен игроков и тренеров: «Олегыч» (Олег Олегович Ореховский); «Василич» (Алексей Васильевич Кривченков); «Кузя» (Кузнецов); «Шарик» (Шаров); «Каштан» (Каштанов); «Обида» (Обидин); «Мэркс» (Меркли); «Хрипа» (Хрипунов); «Толян», «Толич», «Голыш» (Анатолий Голышев); «Шаша» (Шашков); «Романец» (Романцев); «Стеф» (Стефан Да Коста); Шима (Ишимников); «Серый» (Сергей Зборовский); «Кизим» (Кизимов); «Мейс» (Мейсек); «Тряма» (Трямкин).

Такие формы создают эффект приближенности, эмоционального контакта и выполняют функции идентификации: «Шарик, начинаем, пошли»; «Давай, Каштан, забьёшь, давай». Также произнесение некоторых фамилий (например, Зборовский, Ишимников) может занять больше времени, поэтому использование фамильярных антропонимов помогает сэкономить время во время игры и быстро дать указания конкретному игроку.

Стоит отметить, что в своей речи Николай Заварухин использует номер игрока только два раза, говоря о Нике Эберте: «Посмотри на семьдесят четвертого»; «Может, этому не надо было выходить, семьдесят четвертому?».

В речи Заварухина часто встречаются английские вставки: short shift, move forward, breakout, win battle, simple play, shoot the puck, offside, goalie и др. Всего было найдено 27 примеров код-свитчинга.

Эти выражения употребляются естественно и органично, их можно разделить на три категории, исходя из обстановки использования: тактические (short shift, face-off, breakout, pass middle, smart play, simple play), мотивационные (let’s go, win battle, make quick decision) и описательные для игровых ситуаций (offside, line change).

Использование английского языка обусловлено тем, что хоккей с шайбой появился в Канаде и все хоккейные термины изначально были на английском языке. Поэтому даже в русскоязычной среде многие инструкции сохраняют оригинальное звучание, вследствие давнего закрепления в международной хоккейной практике. Согласно А.С. Рылову, специальные иноязычные наименования имеют русские эквиваленты, но некоторые из них не имеют варианта на русском языке [5]. К этой категории относятся следующие примеры из скрипта: offside, short shift, face-off, breakout, pass middle, smart play, simple play.

Некоторые из приведенных примеров случаев код-свитчинга в речи Николая Заварухина являются целыми фразами («make quick decision», «line change»). Эти случаи использования иностранных слова могут быть обусловлены тем, что в команде «Автомобилист» на момент съемки эпизода играли 7 легионеров (т.е. спортсменов, выступающих за зарубежную спортивную команду). Такая языковая ситуация делает необходимым использование двух языков в общении внутри команды. Применение английских выражений помогает тренеру быть понятным для иностранных игроков, которые не всегда, даже на базовом уровне, владеют русским языком.

Таким образом, код-свитчинг в речи Николая Заварухина можно рассматривать не как случайное явление, а как естественную часть профессионального общения в спортивной среде. Вставки на английском языке помогают быстро и точно передавать игровые установки и сохранять быстрый темп коммуникации во время матча. Кроме того, использование английских фраз способствует взаимопониманию между игроками из разных стран, что особенно важно исходя из того факта, что за хоккейный клуб «Автомобилист» выступают несколько легионеров.

4. Заключение

В ходе данного анализа было рассмотрено речевое поведение хоккейного тренера Н.Н. Заварухина на материале передачи «Хороший гол: Тренер. Микрофон на Николае Заварухине». Проведенный анализ показал, что речь тренера напрямую связана с профессиональной деятельностью и спортивной коммуникацией, для которой характерны высокая эмоциональность, быстрый темп речи и спонтанность.

Наиболее заметная особенность речевого поведения Н.Н. Заварухина — использование ненормативной лексики. В условиях хоккейного матча, часто напряженного, такая лексика используется преимущественно для выражения эмоций, усиления высказывания и воздействия на игроков. Внутри команды обсценные выражения не воспринимаются как неприличные и грубые, а выполняют скорее объединяющую и мотивационную функцию.

Частое употребление частицы «да?» в конце высказываний помогает тренеру поддерживать контакт с игроками и удерживать их внимание. Подобные конструкции создают ощущение диалога и вовлекают игроков в коммуникацию и побуждают их к реакции, даже если речь фактически носит монологический характер. Кроме того, использование частицы «да?» можно рассматривать как особенность спонтанной устной речи в стрессовой ситуации.

Использование прозвищ и сокращенных форм имён игроков также является важной частью речевого поведения тренера. Такие формы обращения позволяют быстро идентифицировать адресата, экономят время и создают более неформальную и близкую атмосферу внутри команды, что особенно важно во время игры.

Ещё одной характерной чертой речи Н.Н. Заварухина является код-свитчинг между русским и английским языками. Английские выражения и хоккейные термины используются естественно и обусловлены как спецификой хоккея, так и наличием иностранных игроков в команде. Это позволяет тренеру быстрее и точнее передавать игровые установки.

Таким образом, речевое поведение Николая Николаевича Заварухина представляет собой пример профессиональной спортивной коммуникации, в которой языковые средства выполняют задачу эффективного взаимодействия с командой. Изучение речи хоккейных тренеров является перспективным направлением для дальнейших лингвистических исследований, поскольку можно рассматривать речь тренера в более широком контексте для составления речевого портрета, а не исключительно для понимания речевого поведения.

The additional file for this article can be found as follows: