1. Введение

Профессия переводчика предполагает работу с двумя или более языками, а значит культурами и типами мышления, ведь, по словам немецкого языковеда Вильгельма фон Гумбольдта, «язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык» [2, С. 68]. Язык воплощает восприятие реальности носителем определённой культуры [8], [9]. Переводя текст с одного языка на другой, переводчик должен постараться усидеть на двух стульях – с одной стороны, сохранить прагматический аспект высказывания на переводном языке, и, с другой стороны, не утратить культурные особенности оригинала. Таким образом, в переводе сплетаются культурно-когнитивные картины мира двух носителей языка (исходного и переводного), поскольку без переводческих трансформаций в процессе переложения текста с одного языка на другой попросту не обойтись ввиду разных грамматических систем, отсутствия полных языковых эквивалентов вследствие наличия лексических лакун, которые обусловлены существованием непереводных культурных реалий, присущих определённому социуму [3, С. 27] и т.д.

Переводческие трансформации трактуются как приёмы для создания соответствия оригинального и переводного текста в связи со смыслом языковых единиц [5, С. 152]. Переводческие трансформации подвергались классификациям такими лингвистами, как Л.С. Бархударов [1], В.Н. Комиссаров [4], З.Г. Прошина [6] и другими учёными. Выделяют лексические, грамматические и лексико-грамматические трансформации. В число лексических преобразований входят графические приёмы (транскрипция, транслитерация), калькирование (замена морфем в словах или слов в словосочетаниях их прямыми эквивалентами из переводного языка), замены на лексико-семантическом уровне (конкретизация – уточнение, генерализация – обобщение, модуляция – логическое домысливание) [4], [5], [6]. К грамматическим трансформациям относят приёмы перестановки, замены (частей речи, членов предложения, типов предложений), добавления, опущения, членения или объединения предложений. Лексико-грамматические преобразования предполагают антонимический перевод, описательный перевод, компенсацию [1], [3], [6].

2. Основные результаты

Рассмотрим примеры переосмысления текста при переводе с английского языка на немецкий и русский на материале второй части романа о Гарри Поттере.

Начать стоит с самого названия произведения. В оригинальном варианте, на английском языке, роман носит наименование "Harry Potter and the Chamber of Secrets", что в дословном переводе на русский язык звучит как «Гарри Поттер и комната секретов». В официальном переводе на немецкий язык в название книги внесено другое понимание – "Harry Potter und die Kammer des Schreckens", что на русский переводится как «Гарри Поттер и комната страха». В то же время в официальном переводе на русский язык произведение именуется «Гарри Поттер и тайная комната».

Во всех трёх вариантах названия по-разному расставлены акценты. Оригинал фокусируется на внутреннем аспекте вышеупомянутой комнаты, предполагая, что в ней находятся некие тайны. Русский перевод подчёркивает внешний аспект комнаты – она тайная, значит её саму трудно обнаружить. Наконец, немецкий вариант названия, как и английский, сфокусирован на внутреннем проявлении комнаты, однако в данном случае завеса тайны приоткрывается, поскольку в заглавии открыто говорится, что нечто, скрывающееся в этой комнате – страшно.

Так, в немецком переводе используется модуляция, то есть смысловое развитие исходной языковой единицы – вместо лексемы secrets (секреты) употребляется Schrecken (страх). Переводчик, переосмысливая понятие «секрет», вероятно, выводит логическую связь «тайна» – «нечто неизведанное», а следовательно «пугающее», ведь всё непознанное, необъяснимое вызывает у человека страх перед лицом неизвестности. Здесь же происходит и грамматическая замена – множественное число существительного меняется на единственное.

В русском переводе названия использована перестановка языковых единиц и замена частей речи – chamber of secrets / тайная комната, что вызывает семантическую неточность ввиду сдвига фокуса внимания (от внутреннего содержания к внешнему положению).

По прочтении книги становится ясно, что все три названия отражают несколько граней реального положения вещей, ведь в произведении речь и впрямь идёт о неком тайном помещении, местоположение которого долгое время было неизвестно, как и его содержимое, которое на поверку оказывается поистине пугающим.

Перейдём к анализу некоторых примеров из основного текста произведения. Оговоримся, что во всех примерах сохранён оригинальный синтаксис. В первом примере приведён отрывок из газетной статьи (английский оригинал и перевод на русский и немецкий языки), который зачитывает учитель зельеварения Северус Снегг Рону и Гарри, опоздавшим в Хогвартс и нарушившим закон об использовании магии:

· <…> , they saw an flying over the Post Office tower… [10, C. 65].

·  sind , dass sie einen ueber das Post-Hochhaus fliegen sahen… [11, C. 83].

·  , что видели, как над башней почты пролетел … [7, C. 28].

Здесь следует обратить внимание на несколько аспектов. Во-первых, мы видим приём опущения в переводе на русский язык – two Muggles in London переведено как два лондонца. Вероятно, этот приём связан с избеганием лексического повтора – в предыдущем предложении уже использовалось слово маглы, и переводчик посчитал избыточным употреблять его ещё раз. Однако «два магла в Лондоне» и «два лондонца» не одно и то же, ведь лондонец – это человек, проживающий в городе Лондон (зачастую гражданин Великобритании), тогда как человек «в Лондоне» может быть и проезжим туристом-иностранцем. Таким образом, можно сказать, что в русском переводе также была использована модуляция – переводчик домыслил, что в данном контексте люди в Лондоне – жители этого города. В немецком же варианте переводчик сохранил лексему Muggel (магл), но также переосмыслил значение словосочетания "in London", сделав своих маглов, как и в русском тексте, лондонцами.

Второе, к чему следует обратиться – перевод причастия convinced (убеждён). В немецком варианте переводчик добавляет к причастию ueberzeught (убеждён) качественное прилагательное felsenfest (очень твёрдый) для усиления значения, таким образом получая словосочетание «твёрдо убеждён», что подчёркивает уверенность людей в увиденном. В то же время в русском официальном переводе используется приём грамматической замены – причастие convinced замещается глаголом уверяют, что способствует смещению вектора воздействия – в оригинале действие направлено на адресанта (он убеждён), тогда как в переводе на русский действие направлено на адресата (говорящий пытается убедить слушателя).

Третий аспект, заслуживающий внимания в данном контексте – перевод словосочетания old car (старая машина). В немецком переводе имеет место быть калька – замещение оригинальных лексем их полными переводными эквивалентами – alter Wagen (старая машина), тогда как в русском переводе наблюдается конкретизация – вместо общего понятия «машина» переводчик использует конкретное название автомобильной марки – форд. Более того русский переводчик обращается к грамматической замене на морфологическом уровне, употребляя уменьшительно-ласкательные суффиксы –еньк и –ик (old car – старенький фордик).

Таким образом, в то время как в оригинале и немецком переводе люди говорят о своей убеждённости в том, что видели какую-то старую машину, «русские» герои романа убеждают других в том, что видели совершенно определённый автомобиль.

В этом контексте можно увидеть также репрезентацию разновекторных ценностей, присущих русской и европейской культурно-когнитивным картинам мира. Использование уменьшительно-ласкательных суффиксов в русском варианте перевода может свидетельствовать о нежном отношении русских к своим стареньким автомобилям, которое уходит корнями в СССР, когда мужчины проводили дни напролёт под капотом своей «ласточки». В то же время европейцы более прагматичны в отношении автомобилей, как и любой другой техники – когда их срок службы подходит к концу, люди просто меняют старую вещь на новую.

Так, европейцы убеждены, что машина старая, значит её нужно заменить. Русские же убеждают и себя и всех вокруг, что старенькая машинка нуждается в ремонте и аккуратном использовании и тогда она прослужит ещё много лет. Недаром в русском языке существует выражение «будет как новенький», свидетельствующее о бережливости и бережном отношении к вещам.

Следующий пример, который мы рассмотрим на предмет переводческих трансформаций, взят из контекста монолога директора Хогвартса, Альбуса Дамблдора, обращённого к нарушителям установленных магическим сообществом правил – Рону и Гарри:

· But I must upon both of you the of [10, C. 67].

· Doch ich muss Ihnen , dass ein war [11, C. 85].

· Но я вам обоим . Вы [7, C. 29].

Начнём с перевода фразового глагола impress upon, который дословно переводится как внушать. В немецком переводе использована калька – глагол einschaerfen (внушать), а также добавочная лексема – наречие nachdruecklich (настойчиво), усиливающая семантику глагола. Переводчик таким образом подчёркивает важность внушаемого собеседнику материала. В русском варианте в отношении глагола использована генерализация – английский глагол со значением внушать заменён на глагол общего значения – делать, что релевантно ввиду использования устойчивого словосочетания делать предупреждение (таким образом, здесь имеет место быть грамматическая трансформация – замена оригинального глагола на переводное словосочетание).

Говоря о грамматических трансформациях, следует обратить внимание на то, что в оригинале использовано бессоюзное сложное предложение, в немецком переводе оно трансформируется в сложноподчинённое предложение, а в русском варианте происходит членение сложного предложения на два простых.

Так, в первой части оригинального предложения Дамблдор «внушает серьёзность», в немецком варианте он «настойчиво внушает», а в русском тексте, где первая часть сложного английского предложения становится отдельным простым предложением, Дамблдор «делает последнее предупреждение».

В русском тексте снова используется модуляция – переводчик переосмысливает ситуацию, в его интерпретации проступок настолько серьёзен, что для собеседника это может означать «последнюю каплю терпения», а значит в эмоциональном состоянии негодования он не намерен впредь повторять свой выговор – засим предупреждение делается «последний» раз. Также имеет место быть конкретизация и замена языковых единиц – абстрактное существительное seriousness (серьёзность) переводится словосочетанием с конкретным существительным – очень серьёзный проступок; форма глагола с общим значением have done(сделали) замещается более конкретным глаголом – совершили.

В отношении немецкого перевода можно сказать, что также происходит грамматическая замена – часть бессоюзного сложного предложения, содержащая относительное и личное местоимения и глагол – what you have done (что вы сделали) – заменяется притяжательным местоимением с существительным – Ihr Handel (ваш поступок). Абстрактное существительное seriousness (серьёзность) замещается словосочетанием schwerer Fehler (дословно тяжёлая ошибка).

В отношении обоих вариантов перевода (немецкого и русского) мы также можем говорить о конкретизации, ведь серьёзными могут быть разные вещи – от оплошности до важного решения, требующего усердной работы и осмысленного подхода. Однако исходя из контекста, переводчики уточняют вектор направленности этой серьёзности, употребляя существительные Fehler (ошибка) и проступок, имеющие определённо негативную коннотацию.

Перейдём к следующему примеру. В данном контексте повествуется о том, как Рон Уизли, сидя в общем зале в окружении других учащихся, получил с совой тревожное послание от родителей:

· But Ron’s attention was fixed on the letter <…> [10, С. 73].

· Doch Rons Aufmerksamkeit war auf den Brief gerichtet <…> [11, С. 91].

· Рон на письмо <…> [7, С. 31].

В немецком переводе наблюдается грамматическая замена – прилагательное whole (целый) замещается устойчивым словосочетанием с наречиями – ganz und gar (целиком и полностью). При этом и в английском и в немецком текстах вышеупомянутые определения относятся к существительному attention/ Aufmerksamkeit (внимание), играющему роль подлежащего. С другой стороны, в русском переводе также происходит грамматическая замена, но замещаются не просто части речи, а члены предложения – подлежащим становится существительное, в оригинале игравшее роль определения – имя собственное Рон. При этом словосочетание whole attention (всё внимание) заменяется деепричастием с отрицательной частицей – не отрываясь. В связи с этим мы также говорим об антонимическом переводе – в оригинале attention was fixed (внимание было приковано), в русском переводе не отрываясь смотрел. Так, в оригинальной и немецкой версиях автор делает акцент на неодушевлённом понятии, используя пассивный залог («внимание было приковано»), в то время как в русском переводе на первый план выносится действующее лицо, активно совершающее действие («Рон смотрел»).

3. Заключение

Итак, были рассмотрены некоторые примеры переводческих трансформаций, которым подвергся англоязычный текст романа «Гарри Поттер и тайная комната» в немецкой и русской версиях. Выявлено, что часто встречаются грамматические замены, модуляция и конкретизация. Эти приёмы в переводных текстах позволяют семантически обогатить текст произведения. Прочитав оригинал и два переводных текста, можно всесторонне представить описываемые предметы и события, погрузившись не только в мышление англоязычного автора, но и носителей переводных языков (немецкого и русского).

The additional file for this article can be found as follows: