<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.2 20120330//EN"
        "http://jats.nlm.nih.gov/publishing/1.2/JATS-journalpublishing1.dtd">
<!--<?xml-stylesheet type="text/xsl" href="article.xsl"?>-->
<article article-type="research-article" dtd-version="1.2" xml:lang="en" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML"
         xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance">
    <front>
        <journal-meta>
            <journal-id journal-id-type="issn">2313-0288</journal-id>
            <journal-id journal-id-type="eissn">2411-2968</journal-id>
            <journal-title-group>
                <journal-title>Russian Linguistic Bulletin</journal-title>
            </journal-title-group>
            <issn pub-type="epub">2313-0288</issn>
            <publisher>
                <publisher-name>ООО Цифра</publisher-name>
            </publisher>
        </journal-meta>
        <article-meta>
            <article-id pub-id-type="doi">10.60797/RULB.2024.56.9</article-id>
            <article-categories>
                <subj-group>
                    <subject>Brief communication</subject>
                </subj-group>
            </article-categories>
            <title-group>
                <article-title>О ВИДАХ СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ В ДОЛГАНСКОМ ЯЗЫКЕ
                </article-title>
            </title-group>
            <contrib-group>
                <contrib contrib-type="author" corresp="yes">
                    <contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-4649-3432</contrib-id>
                    <name>
                        <surname>Назмутдинова</surname>
                        <given-names>Татьяна Станиславовна</given-names>
                    </name>
                    <email>scurumoch@mail.ru</email>
                    <xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>

                </contrib>
            </contrib-group>
            <aff id="aff-1"><label>1</label>Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена</aff>
            
        <pub-date publication-format="electronic" date-type="pub" iso-8601-date="2024-08-09">
            <day>09</day>
            <month>08</month>
            <year>2024</year>
        </pub-date>
        
            
        <pub-date pub-type="collection">
            <year>2024</year>
        </pub-date>
        
            <volume>4</volume>
            <issue>56</issue>
            <fpage>1</fpage>
            <lpage>4</lpage>
            <history>
                
        <date date-type="received" iso-8601-date="2024-07-17">
            <day>17</day>
            <month>07</month>
            <year>2024</year>
        </date>
        
                
        <date date-type="accepted" iso-8601-date="2024-07-29">
            <day>29</day>
            <month>07</month>
            <year>2024</year>
        </date>
        
            </history>
            <permissions>
                <copyright-statement>Copyright: &#x00A9; 2022 The Author(s)</copyright-statement>
                <copyright-year>2022</copyright-year>
                <license license-type="open-access" xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
                    <license-p>This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons
                        Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0), which permits unrestricted use, distribution,
                        and reproduction in any medium, provided the original author and source are credited. See <uri
                                xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
                            http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/</uri>.
                    </license-p>
                </license>
            </permissions>
            <self-uri xlink:href="https://rulb.org/archive/8-56-2024-august/10.60797/RULB.2024.56.9"/>
            <abstract>
                <p>Статья посвящена исследованию видов сложноподчиненных предложений в долганском языке. Следует отметить, что данный раздел грамматики в долганском языке недостаточно изучен. Цель данной статьи – выявление особенностей  сложноподчиненных предложений, используемых в устной речи долган.В современном якутском языке, диалектом которого долгое время считался долганский язык, синтаксическое учение опирается на обширный иллюстративный материал – богатую, развитую художественную литературу. Она дает возможности для глубокого разностороннего анализа и системного подхода к синтаксическому устройству якутских предложений, хотя спорные вопросы в классификации сложносочиненных и сложноподчиненных предложений все еще остаются [2]. В долганском языке имеющиеся художественные тексты (например, проза Н.А. Попова) и в основном образцы устной и письменной речи в целом дают достаточный аналитический материал для выделения различных видов как сложносочиненных, так и сложноподчиненных предложений. Тем не менее было бы неправильно пока полностью следовать моделям синтаксических конструкций тюркских языков. Поэтому в дальнейшем основное внимание будет обращено к так называемым обстоятельственным сложноподчиненным предложениям – наиболее распространенным именно в устной речи носителей языка.</p>
            </abstract>
            <kwd-group>
                <kwd>долганский язык</kwd>
<kwd> синтаксис</kwd>
<kwd> языки малочисленных народов Севера</kwd>
<kwd> сложноподчиненные предложения</kwd>
</kwd-group>
        </article-meta>
    </front>
    <body> 
        
 
        
<sec>
	<title>HTML-content</title>
	<p>1. Введение</p>
	<p>Следуя исследованиям по тюркским и якутскому языкам, в долганском языке можно выделить следующие сложноподчиненные предложения:</p>
	<p>1. Подлежащное сложноподчиненное предложение. Например: Гини  былыргыттан . 'Издавна известно, что он приходил' [10]. В этом предложении сказуемое зависимой части 'һылдьыбыта' (причастие прошедшего времени с аффиксом принадлежности) одновременно принимает значение подлежащего главной части.</p>
	<p>2. Дополнительное сложноподчиненное предложение. Например: Гини һылдьыбытын мин көрбүтүм. 'Я видел, что он приходил' [10]. В этом предложении сказуемое зависимой части 'һылдьыбытын' (причастие прошедшего времени с аффиксом винительного падежа) является одновременно прямым дополнением для сказуемого главной части.</p>
	<p>3. Определительное сложноподчиненное предложение. Например: Гини  күөлэ мунтан бэрт . 'Озеро, которое он посетил, отсюда совсем близко'. В этом предложении сказуемое зависимой части 'һылдьыбыт' (причастие прошедшего времени, воспринимаемое как субстантивированное) является одновременно определением для слова 'күөлэ'.</p>
	<p>4. Сказуемостное сложноподчиненное предложение. Встречается достаточно редко. Например: Гини   ордук. 'Его отсутствие лучше, чем его приход'. В этом предложении, поскольку есть сравнение 'һылдьыбытынаагар һылдьыбатага', выражение 'һылдьыбатага ордук' одновременно приобретает значение сказуемого. Необходимо отметить, что в этих предложениях знак препинания не используется.</p>
	<p>5. Обстоятельственное сложноподчиненное предложение. Например: Гини , оголор . 'Дети обрадовались, когда он приходил'. В этом предложении сказуемое зависимой части 'һылдьыбытыгар' (причастие прошедшего времени с аффиксом дательного падежа) приобретает обстоятельственное значение времени.</p>
	<p>Наличие подобных видов сложноподчиненных конструкций в долганском языке требует дальнейших исследований. Вызывает сомнение концептуальный подход к решению этого вопроса. Не тяготеют ли некоторые из них к простым предложениям?</p>
	<p>2. Основные результаты</p>
	<p>Обстоятельственные сложноподчиненные предложения в зависимости от взаимоотношений между главной и зависимой частями подразделяются на различные виды. Зависимая часть предложения отвечает на какой-либо вопрос, который определяет содержание главной части.</p>
	<p>1. Сложноподчиненное предложение со значением времени. Зависимая часть такого предложения показывает время совершения действия, о котором говорится в главной части. Отвечает на вопрос каччага? когда? При этом время совершения действий главной и зависимой частей может иметь различные характеристики:</p>
	<p>а) два действия происходят . Например: Һарсиэрда, балыкчыттар камнаан эрдэктэринэ, контуора диэгиттэн радио hаңата иhилинэ. 'Утром, когда рыбаки двинулись в путь, со стороны конторы послышался шум радио' [10];</p>
	<p>б) действие, о котором говорится в главной части, происходит  действия указанной в зависимой части. Например: Эбэ бууhа барарын кытта, рейсовай катер hылдьар буолла. 'Как только ушел речной лед, начал ходить рейсовый катер' [10];</p>
	<p>в) действие главной части совершается  окончания действия зависимой части. Например: Уйбааннаак чаайдаан бүтүөктэригэр диэри, уолаттар илимнэрин кытылга таһаардылар. 'Иван и остальные еще не окончили есть, как парни уже вытащили сети на берег' [10].</p>
	<p>2. Сложноподчиненное предложение со значением условия. В таком предложении содержание зависимой части указывает, при каком условии совершается действие, о котором говорится в главной части. Вопрос каннык усулуобуйага?, туок буоллагына? 'при каком условии, когда?' Например: Бүгүн вертолет , дьиэбитигэр тийиэк этибит. 'Если сегодня прилетит вертолет, мы до дома добрались бы'. Миниэкэ быйыл путевка , санаторийга налыччы һынньаныак этим. 'Если мне в этом году дадут путевку, спокойно отдохнул бы в санатории'. Сказуемое зависимой части имеет форму условного наклонения. Значение этой формы может иметь различные оттенки. Так, в приведенных примерах действие главной части допускается, так как условие в целом выполнимо, не безнадежно. Иногда говорящему заведомо известно, что условие невыполнимо, тогда речь идет только о возможном совершении действия. Например: Убайым һаас армияттан , гинини кытта биһиги Красноярскайга барардаак этибит. 'Если бы старший брат весной прибыл из армии, мы с ним должны были ехать в Красноярск'.</p>
	<p>3. Сложноподчиненное предложение со значением причины. В таком предложении зависимая часть указывает, по какой причине совершается действие, о котором говорится в главной части. Отвечает на вопросы того? туоктан? 'почему? из-за чего?'</p>
	<p>а) сказуемое зависимой части выражается : Ыйааллан турар лампа уота һырдатан, биһиги остоолго уруок аагынныбыт. 'Благодаря освещению висячей лампы, мы за столом готовились к уроку';</p>
	<p>б) с помощью союзных слов , : Үчүгэйдик һуруйбутум , учиталым минигин каайгаата. 'За то, что я хорошо написал, мой учитель меня похвалил'. Огонньор өссүө туогу һаңарар , оргууйакаан иһиллээн турдулар. 'Ожидая, что старик еще что-то скажет, они тихонько стояли, прислушиваясь';</p>
	<p>в) сказуемое зависимой части выражено  с аффиксом дательного или исходного падежей: Оголор һайын үчүгэйдик , администрация гинилэргэ премия туттарда. 'За то, что ребята летом хорошо поработали, администрация вручила им премию'. Иньэтэ улаканнык , огото ытаата. 'Из-за того, что мать сильно поругала, ребенок заплакал'.</p>
	<p>4. Сложноподчиненное предложение со значением противодействия. Главная и зависимая части выражают действия противоположного характера. Здесь ожидаемое событие не происходит, а наблюдается как бы противодействие, совершается противоположное или неожидаемое действие. Употреблением союзов и союзных слов это значение подчеркивается (да, иһин, үрдүнэн и т.д.). Например: Пенсияга таһаарбыттарын  , дьиэбэр олорбоппун, бултуубун, паастыыбын. 'Несмотря на то, что меня отправили на пенсию, я дома не сижу, хожу на охоту, ставлю пасти'. Ньукуу диктаны үчүгэйдик һуруйда , учитала гинини каайгаабата. 'Хотя Коля написал диктант хорошо, учитель его не похвалил'. Мин ньууччалыы эңин-эңинник ыйыыта һатаатым даа, киһим туогу  һаңарбата. 'Несмотря на то что я по-всякому его расспрашивал по-русски, человек (мой) не ответил ничего'.</p>
	<p>5. Сложноподчиненное предложение со значением сравнения. В зависимой части такого предложения приводится сравнение с главным действием. Это сравнение передается целым предложением, отвечая на вопрос кайдак? 'как?' туоктаагар? 'по сравнению с чем?' Как правило, два предложения соединяются послелогами көрдүк, талы, диэри, кэриэтэ с общим значением 'как, подобно, словно, вместо того'. Сказуемое зависимой части выражается причастием чаще с аффиксом винительного падежа. Например: Тыал үрэрин , һыргалаак табалар тыына һуок көттүлэр. 'Словно ветер дунул, олени в упряжке умчались без дыхания'. Догоро уруогун үөрэппэтин, мин уолум эмиэ туугу даа гыммата. 'Как его друг не учит уроки, так и мой сын ничего не сделал'. Кытылга һыгаллан буус үлтүрүйэрин , каллааңңа былыттар быһыта бардылар. 'Как ломается лед, прижимаясь к берегу, так и тучи на небе разорвались на куски'.</p>
	<p>6. Сложноподчиненное предложение со значением вывода. В таком предложении вывод о совершении действия в одной части предполагается по действию, о котором говорится в другой. Сказуемое зависимой части имеет форму условного наклонения или предположение выводится особой интонацией (в письме используется двоеточие). Например: Ускаан эрдэ чээлкээ буоллагына, каар эмиэ эрдэ түһээччи. 'Снег обычно рано ложиться, если заяц рано побелеет'. Күөл бууһа чараас эбит: балыкка киирэр эрдэ буолуо. 'Озерный лед еще тонок: приступать к рыбалке, видимо, рано' [10].</p>
	<p>3. Заключение</p>
	<p>По общей семантике такие предложения похожи на предложения со значением условия или причины. Но таких значений здесь нет, так как в данном случае делается вывод о возможном совершении действия, основываясь на известных явлениях. Кроме того, в вышеуказанных предложениях главный и зависимый части нельзя поменять местами, а предложения со значением вывода можно перестроить. Например: Каар эрдэ түстэгинэ, ускаан эмиэ эрдэ чээлкээ буолар. 'Если снег ложится рано, то и заяц рано побелеет'. Балыкка киирэр эрдэ буолуо: күөл бууһа чараас эбит. 'Приступать к рыбалке, видимо, рано: озерный лед еще тонок'.</p>
	<p>Видов обстоятельственных сложноподчиненных предложений может быть и больше, да и их состав и характеристика могут отличаться от предложенных в данной статье. Какие-либо окончательные классификации и заключения делать, разумеется, еще рано. Для этого нужен достаточно длительный период развития письменности и художественной литературы.</p>
</sec>
        <sec sec-type="supplementary-material">
            <title>Additional File</title>
            <p>The additional file for this article can be found as follows:</p>
            <supplementary-material id="S1" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink"
                                    xlink:href="https://doi.org/10.5334/cpsy.78.s1">
                <!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://rulb.org/media/articles/14123.docx">14123.docx</inline-supplementary-material>]-->
                <!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://rulb.org/media/articles/14123.pdf">14123.pdf</inline-supplementary-material>]-->
                <label>Online Supplementary Material</label>
                <caption>
                    <p>Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
                        <italic>
                            <uri>https://doi.org/10.60797/RULB.2024.56.9</uri>
                        </italic>
                    </p>
                </caption>
            </supplementary-material>
        </sec>
    </body>
    <back>
        <ack>
            <title>Acknowledgements</title>
            <p>None</p>
        </ack>
        <sec>
            <title>Competing Interests</title>
            <p>None</p>
        </sec>
        <ref-list>
            <ref id="B1">
                    <label>1</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Артемьев Н.М. Словосочетание в долганском языке (история изучения, реализация в речи в условиях интерференции) / Н.М. Артемьев, Т.С. Федорова // Вопросы истории и культуры северных стран и территорий. — 2010. — 2 (10). — с. 92-103.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B2">
                    <label>2</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Артемьев Н.М. Статус долганского языка в системе тюркских языков: научно-методический аспект / Н.М. Артемьев // Реальность этноса. Образование как фактор устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока: К 80-летию Института народов Севера. Сборник статей по материалам XII Международной научно-практической конференции, Санкт-Петербург, 20–21 мая 2010 года; — Санкт-Петербург: Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, 2010. — с. 313-316.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B3">
                    <label>3</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Барболина А.А. Школьный словарь долганского языка. “3 в 1”. Орфографический. Толковый. Фразеологический. Около 3000 слов / А.А. Барболина. — СПб.: Алмаз-Граф, 2016. — 208 с.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B4">
                    <label>4</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Иванов В.В. Лингвистические особенности живой речи анабарских долган (на материале экспедиционной работы) / В.В. Иванов, Н.В. Малышева // Вестник Северо-Восточного федерального университета им. М.К. Аммосова. — 2023. — Т. 20. — № 4. — с. 84 - 93.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B5">
                    <label>5</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Лесников С.В. Идеографическое описание лексики языков коренных малочисленных народов РФ / С.В. Лесников, С.А. Мызников, Т.С. Назмутдинова // Коренные малочисленные народы Севера, Сибири и Дальнего Востока: традиции и инновации: Материалы Всероссийской научно-практической конференции XХ Югорские чтения, Ханты-Мансийск, 01 декабря 2021 года. — Ханты-Мансийск: Печатный мир, 2022. — С. 44-64.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B6">
                    <label>6</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Мызников С.А. Системное изучение лексики языков народов Севера в контексте этноязыковых контактов / С.А. Мызников, Т.С. Назмутдинова // Севернорусские говоры. — 2023. — 22. — с. 46-66.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B7">
                    <label>7</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Назмутдинова Т.С. Исконные и заимствованные лексические страты в долганском языке / Т.С. Назмутдинова // Севернорусские говоры. — 2018. — 17. — с. 88-106.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B8">
                    <label>8</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Назмутдинова Т.С. Проблемы и перспективы этнолингвокультурологического подхода в исследовании долган / Т.С. Назмутдинова, И.Л. Набок // Севернорусские говоры. — 2019. — 18. — с. 336-348.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B9">
                    <label>9</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Петров А.А. Лексические и грамматические антиподы в развитии языковой картины мира (на материале эвенского и долганского языков) / А.А. Петров, Т.С. Назмутдинова // Вестник Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова. — 2020. — 4 (78). — с. 96-106.
                    </mixed-citation>
                </ref><ref id="B10">
                    <label>10</label>
                    <mixed-citation publication-type="confproc">
                        Попов Н.А. Литература. Учебное пособие на долганском языке для 7 класса общеобразовательных учреждений / Н.А. Попов, М.И. Попова. — СПб.: Дрофа, 2007. — 168 с.
                    </mixed-citation>
                </ref>
        </ref-list>
    </back>
    <fundings>
        
    </fundings>
</article>