В статье рассматриваются терминологические особенности перевода нормативной документации МАГАТЭ на русский язык, содержится ее сравнительный анализ с терминологией, используемой в нормах и правилах в области использования атомной энергии, выпускаемых Ростехнадзором РФ. В качестве одного из основных результатов анализа отмечается, что в англоязычной и русскоязычной терминологии атомной энергетики, используемой специалистами Ростехнадзора и переводчиками МАГАТЭ, наблюдаются явления терминологической полисемии и синонимии. Доказывается, что явления терминологической полисемии и синонимии, наблюдаемые в атомно-энергетической терминологии, обусловлены объективными экстралингвистическими и лингвистическими факторами, наиболее значимым из которых является недостаточная унификация терминосистемы. Дается обоснование необходимости дальнейшей унификации атомно-энергетической терминологии.
1. Введение
Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ), выполняя функции, предусмотренные своим уставом, разрабатывает и публикует международные нормы безопасности в области использования атомной энергии [27, С. 2]. Поскольку содержание этих документов представляет собой один из краеугольных камней глобального режима ядерной безопасности [27, С. 11], представляется целесообразным рассмотреть терминологические особенности их перевода на русский язык и произвести сравнительно-сопоставительный анализ используемой в них терминологии с терминологией, применяемой в нормах и правилах в области использования атомной энергии, издаваемых Ростехнадзором РФ (РТН).
2. Методы и принципы исследования
В качестве основного материала исследования использовались публикации МАГАТЭ [21], [23], [27], и нормы и правила РТН [8], [10], [12], [16].
С учетом характера поставленных задач для проведения исследования применялись следующие методы: сравнительно-сопоставительный анализ; лингвистико-статистический анализ; контекстный анализ; индуктивный и дедуктивный анализ.
В целях получения данных лингвистико-статистического анализа использовались возможности программных средств КонсультантПлюс, SDL Trados, Adobe Acrobat, Excel и MS Word, для обеспечения корректности результатов анализировалась только содержательная часть рассматриваемых документов, что обеспечивалось удалением из файла документа в формате MS Word титульного листа, предисловия, вводной части, содержания, перечней аббревиатур, списков использованных источников, составителей и рецензентов, а также органов, участвующих в разработке и утверждении документов. После этого в каждом из рассматриваемых документов [21], [23], [25], [26], [27] с произвольно выбранного места отсчитывалось по 100 предложений, содержащих атомно-энергетические термины. Принадлежность к атомно-энергетической терминосистеме определялась на основании экспертной оценки. Остальные части удалялись. Затем получившийся документ загружался в SDL Trados и создавался переводческий проект, количество сегментов в документе с расширением .xliff принималось равным количеству анализируемых предложений. Итоговый файл конвертировался в PDF. Нужные для анализа лексические единицы, например, containment, control rod, emergency response, локализация, пункт приповерхностного захоронения и т.д. вставлялись в поисковую строку с помощью функции Ctrl+F. Полученные данные заносились в рабочую таблицу в Excel и анализировались. Описанным выше способом были получены количественные результаты для текстовых выборок из всех рассматриваемых документов МАГАТЭ [21], [23], [25], [26], [27] и РТН [8], [10], [12], [14], [16]. Далее они анализировались с помощью сравнительно-сопоставительных, контекстных, индуктивных и дедуктивных методов. Результаты исследования, выполненного описанным выше способом, представлены ниже.
3. Обсуждение
Насыщенность текста специальными терминами является типичным лексическим признаком технической литературы. Нормативные документы РТН [8], [10], [12], [14], [16] в области использования атомной энергии и норм безопасности МАГАТЭ [21], [23], [25], [27] в этом плане не являются исключением, результаты количественного анализа рассматриваемых публикаций показали, что специальная терминология используется в 98% предложений текстов документов РТН [8], [10], [12], [14], [16] и в 97% предложений текстов норм безопасности МАГАТЭ [21], [23], [25], [27]. Зачастую при этом в одном предложении могут одновременно использоваться по нескольку специализированных терминов (52% в нормативных документах РТН [8], [10], [12], [14], [16] и 54% в нормах безопасности МАГАТЭ [21], [23], [25], [27]). Такая высокая интенсивность использования специализированной лексики свидетельствует о наличии хорошо развитой и сформированной технологии и описывающей ее терминологической системы [17, С. 48]. Вместе с тем, даже беглое ознакомление с текстом русских переводов рассматриваемых публикаций МАГАТЭ [21], [23], [25], [27] дает возможность понять, что терминология, используемая специалистами РТН, несколько отличается от терминологии, применяемой при переводе норм МАГАТЭ на русский язык. Некоторые примеры таких терминологических различий приведены в таблице 1.
Примеры терминологических различий между документами МАГАТЭ и Ростехнадзора
| № п/п | Английский термин | Русский термин, используемый в документах МАГАТЭ | Русский термин, используемый в документах РТН |
| 1. | [22, C. 27] | воздушная радиометрия | [15, C. 7] |
| 2. | [24, C. 8] | своды положений и стандарты | [16, C. 73] |
| 3. | [21, C. 10] | удержание | [15, C. 35] |
| 4. | [21, C. 15] | меры контроля | [15, C. 44] |
| 5. | [24, C. 15] | регулирующий стержень | [9, C. 7] |
| 6. | [25, C. 8] | условия холодного останова | [9, C. 129] |
| 7. | [25, C. 8] | запас теплоносителя | [9, C. 129] |
| 8. | [25, C. 13] | детерминированная оценка | [12, C. 8] |
| 9. | [22, C. 15] | аварийное реагирование | [11, C. 59] |
| 10. | [24, C. 6] | топливная сборка | [10, C. 9] |
| 11. | [24, C. 8] | оболочка топлива | [8, C. 34] |
| 12. | [24, C. 6] | топливный стержень | [10, C. 9] |
| 13. | [22, C. 10] | подземные воды | [15, C. 36] |
| 14. | [25, C. 13] | предписываемые функции | [12, C. 48] |
| 15. | [21, C. 11] | срок службы | [15, C. 35] |
| 16. | [24, C. 38] | следящее за нагрузкой маневрирование | [11, C. 15] |
| 17. | [22, C. 21] | система менеджмента | [12, C. 2] |
| 18. | [22, C. 10] | приповерхностный пункт захоронения | [15, C. 9] |
| 19. | [21, C. 15] | период | [15, C. 44] |
| 20. | [24, C. 10] | управление реактивностью | [9, C. 97] |
| 21. | [22, C. 15] | регулирующие положения | [15, C. 11] |
| 22. | [24, C. 11] | межперегрузочный интервал | [9, C. 102] |
| 23. | [25, C. 8] | передача остаточного тепла | [9, C. 124] |
| 24. | [25, C. 10] | аттестационная квалификация | [12, C. 112] |
| 25. | [25, C. 6] | конструкции, системы и элементы | [10, C. 9] |
Перечень, приведенный в таблице 1, можно продолжать достаточно долго, однако, такая задача не входит в объем данного исследования. Содержания данного перечня вполне достаточно для иллюстрации двух прямо противоположных явлений, наблюдаемых в терминологической системе атомной энергетики, используемой специалистами РТН и переводчиками МАГАТЭ: терминологической полисемии и терминологической синонимии. Следует отметить, что большинство исследователей сходятся во мнении, что оба этих явления в равной степени нежелательны для терминосистем [17, С. 93], [19].
В самом общем виде под полисемией понимают наличие у лексической единицы двух и более значений [17, С. 92].
Примерами русскоязычных полисемичных терминов в выборке, представленной в таблице 1, являются топливный цикл, система управления, аттестация и локализация. Термин топливный цикл в зависимости от контекста и положения в терминополе может означать как весь ядерный топливный цикл, начиная от добычи и обогащения урана и заканчивая утилизацией отработавшего ядерного топлива, так и период между перегрузками ядерного топлива во время промышленной эксплуатации АЭС. Словосочетание система управления применяется как для обозначения оборудования для управления технологическими процессами (control system), так и для наименования совокупности организационно-технических мер для обеспечения желаемого поведения людей (management system). Аттестация может проводиться как для оценки оборудования (equipment qualification), так и персонала АЭС (personnel certification). Термин локализация может использоваться как для обозначения местонахождения какого-либо явления или события (localization), так и для наименования конструкции, предназначенной для ограничения распространения какого-либо явления или события за пределы формируемого ей барьера (containment).
Примеры разных значений полисемичных англоязычных терминов из перечня, представленного в таблице 1, для наглядности приведены в таблице 2.
Примеры разных значений полисемичных англоязычных терминов из перечня, представленного в таблице 1
| № п/п | Английский термин | Значение 1 | Значение 2 |
| 1. | containment | [21, C. 38] | [23, C. 38] |
| 2. | controls | [21, C. 7] | [21, C. 38] |
| 3. | lifetime | [21, C. 7] | [21, C. 7] |
| 4. | period | [23, C. 59] | [21, C. 42] |
Анализируя содержание таблицы 2, следует отметить, что полисемичность содержащихся в ней терминов не исчерпывается двумя значениями, например, controls может использоваться не только для обозначения мер и средств контроля и управления, но и механизмов регулирования и управляющих воздействий, а containment – для наименования комплекса защитных мероприятий по минимизации последствий аварии или предотвращению утечки информации [17, С. 94]. Конкретное значение, как уже отмечалось выше, зависит от контекста и положения в терминополе.
Совершенно очевидно, что в каждой конкретной языковой ситуации термин обозначает только одно понятие, определяемое самой этой ситуацией, т.е. наличие двух идентичных, но имеющих различное семантическое значение терминов в одинаковом контексте невозможно, т.к. это препятствует выполнению коммуникативной функции. Использование идентичных лексических форм в терминологии атомной энергетики для обозначения разных понятий обусловлено тем, что терминология является частью общей лексики и неразрывно с ней связана, а полисемичность – имманентное свойство языка, распространенное во многих языках мира, русский и английский не являются исключениями. При взаимодействии предметных специалистов в пределах терминологического поля, значение термина становится понятно из речевой ситуации или письменного контекста, поэтому полисемичные термины не являются препятствием для профессиональной коммуникации на одном и том же языке, хотя и несколько осложняют процесс перевода, т.к. требуют понимания контекста, которое в значительной степени обусловлено индивидуальными субъективными особенностями переводчика, например, образованием, опытом работы, конкретной обстановкой, степенью погружения в языковую среду или оторванностью от нее и пр. (см. также [17, С. 89-96]).
Второе обращающее на себя внимание явление, идентифицированное в рамках проведенного исследования, – это терминологическая синонимия, проявляющаяся в использовании переводчиками МАГАТЭ и специалистами РТН разных терминов для обозначения одних и тех же понятий, что не может не вызывать определенные трудности при работе с текстами. Некоторые примеры этого явления приведены в таблице 3.
Примеры терминологической синонимии в документах МАГАТЭ и РТН
| № п/п | Пример из текста русского перевода документа МАГАТЭ | Пример из текста норм и правил РТН |
| 1. | [22, C. 37] | [15, C. 7] |
| 2. | [22, C. 37] | [10, C. 2] |
| 3. | [22, C. 33] | [15, C. 13] |
| 4. | [24, C. 10] | [9, C. 97] |
| 5. | [24, C. 19] | [9, C. 88] |
Причины возникновения терминологической синонимии достаточно подробно рассмотрены исследователями [6], [17, С. 89-96], [19], это явление обусловлено причинами как лингвистического, так и экстралингвистического характера.
К числу экстралингвистических факторов, являющихся причиной синонимии в терминологии атомной энергетики, относят интенсивное развитие атомно-энергетических технологий, параллельное существование метаязыков различных научных школ и организаций, стремление к соблюдению лексической политкорректности [1], [3], [4], [6], [7].
Интенсивное развитие атомно-энергетических технологий ведет к постоянному появлению новых концепций, конструкций и механизмов, которые рассматриваются и изучаются разными людьми в различных организациях и странах, использующих для наименований этих новых понятий зачастую несогласованные термины. Примерами такого параллельного существования равнозначных терминов в английском языке являются corium trap и molten core catcher для обозначения ловушки расплава активной зоны, а в русском – терминов толерантное ядерное топливо и ядерное топливо, устойчивое к условиям тяжелых аварий (accident-tolerant fuel).
Формирование параллельных метаязыков различных организаций и научных школ, занимающихся решением аналогичных научно-технических и производственных задач, это естественное явление [1], [4], [7], которое в русском языке наглядно иллюстрируют синонимичные термины защитная оболочка и гермооболочка, гермообъем и гермозона (containment), а в английском – safety power supplies и reliable power sources (источники надежного электроснабжения). Термины гермооболочка и гермообъем чаще употребляются в производственных организациях: в Росэнергоатоме, на действующих и строящихся АЭС, в ТВЭЛе, а защитная оболочка и гермозона – в РТН и отраслевых НИИ. Термин safety power supplies более характерен для документов МАГАТЭ [23, С. 7], а reliable power sources – для документов ВАО АЭС и NRC [17, С. 44].
В современном мире стремление к соблюдению лексической политкорректности – неизбежный атрибут документов всех международных организаций, само существование которых возможно только при условии соблюдения общего консенсуса их учредителей [1]. Его следствием является трансформация, например, beyond-design basis accidents (запроектных аварий) в design extension conditions (запроектные условия), post-Fukushima actions (мероприятий, необходимых после аварии на АЭС «Фукусима») в stress-tests (стресс-тесты), присутствие таких градаций как event (событие), occurrence (происшествие) в шкале INES, использование концепций near-miss (полуошибка), areas for improvement (областей для улучшения) и т.д. Несмотря на необходимость соблюдения возложенных на него международными договорами обязательств, РТН гораздо более свободен в своей деятельности, т.к. ему не нужно учитывать интересы такого большого количества задействованных сторон с зачастую прямо противоположными устремлениями и задачами, поэтому терминология, используемая в его документах, гораздо более однозначна, т.е. запроектные аварии остаются запроектными авариями, в крайнем случае, условиями запроектных аварий, а противоаварийная готовность – противо-, а не аварийной готовностью и т.д. [17, С. 104].
Лингвистическими факторами, обуславливающими существование синонимии в атомно-энергетической терминологии, являются параллельное существование устаревших терминов и терминов-неологизмов, заимствование терминов из других языков, недостаточная унифицированность рассматриваемой терминосистемы [17, С. 98].
Терминология – составная часть общеязыковой лексики, и не может существовать независимо от нее, поэтому параллельное существование устаревших терминов и терминов-неологизмов является столь же естественным явлением, как и параллельное существование анахронизмов и неологизмов в общей лексике [19]. Примерами такого параллельного существования в русском языке является одновременное использование терминов блочный щит управления (БЩУ) и блочный пульт управления (БПУ) (control room), в английском – fast breeder и fast reactor (реактор на быстрых нейтронах).
Следствием бурного развития атомно-энергетических технологий является интенсивный научно-технический обмен на международном уровне, что неизбежно влечет за собой заимствование терминов из других языков, собственно, само слово реактор – заимствованное от лат. reactor. Одним из наиболее недавних примеров такого заимствования в русском языке является упоминавшийся уже ранее термин стресс-тесты, в английском – VVER TOI (ВВЭР ТОИ).
Пожалуй, наиболее значимой причиной терминологической синонимии в терминосистеме атомной энергетики является ее недостаточная унификация. Общепринятым инструментом унификации терминосистем является разработка специализированных словарей и глоссариев. Следует отметить, что такие работы ведутся на различных уровнях, в т.ч. в МАГАТЭ, которое опубликовало и периодически актуализирует «Глоссарий по вопросам безопасности», ВАО АЭС, разработавшей и опубликовавшей «Англо-русский ядерно-технический словарь» в 1993 г., АО «ТВЭЛ», подготовившим и опубликовавшим на своем портале «Русско-английский словарь, глоссарий и список аббревиатур для разработки технической документации» в 2022 г., однако, за исключением словаря, выпущенного ВАО АЭС, все эти публикации едва ли могут претендовать на комплексный характер, т.к. ориентированы на решение утилитарных корпоративных задач, и вследствие этого недостаточны по своему объему [17, С. 31].
Как и терминологическая полисемия, терминологическая синонимия не препятствует профессиональной коммуникации между специалистами, говорящими на одном языке, однако, может вызывать определенные сложности для переводчика, т.к. требует понимания и учета особенностей метаязыка целевой аудитории.
4. Заключение
Таким образом, вышеизложенное дает основание сделать следующие выводы:
1. В англоязычной и русскоязычной терминологии атомной энергетики, используемой специалистами РТН и переводчиками МАГАТЭ, наблюдаются явления терминологической полисемии и синонимии.
2. Явления терминологической полисемии и синонимии, наблюдаемые в атомно-энергетической терминологии, обусловлены объективными экстралингвистическими и лингвистическими факторами, наиболее значимым из которых является недостаточная унификация терминосистемы.
3. Необходимо выполнение согласованных работ по унификации терминосистемы атомной энергетики, результатом которых должна стать подготовка, согласование всеми заинтересованными сторонами и официальный выпуск публикации под условным названием «Большой атомно-энергетический русско-английский словарь».
The additional file for this article can be found as follows:
Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
None
None