ЭПИСТОЛЯРНАЯ РЕФОРМА Х.Ф. ГЕЛЛЕРТА В ЖАНРОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ ПИСЬМОВНИКОВ XVII–XX ВВ.: СТИЛОМЕТРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
ЭПИСТОЛЯРНАЯ РЕФОРМА Х.Ф. ГЕЛЛЕРТА В ЖАНРОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ НЕМЕЦКОЯЗЫЧНЫХ ПИСЬМОВНИКОВ XVII–XX ВВ.: СТИЛОМЕТРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Аннотация
В статье производится стилометрический анализ эпистолярной реформы Х.Ф. Геллерта, датируемой XVIII в., с ретроспективного и проспективного ракурса. Цель работы заключается в установлении степени стилевого расхождения анализируемого реформаторского сочинения с предшествующей ему барочной эпистолярной традицией, а также в выявлении продолжительности его влияния на дальнейшее развитие образцового частного письма из немецкоязычных сборников, предназначенных для обучения правилам ведения корреспонденции. Материалом исследования послужили текстовые коллекции общим объемом 296 тыс. словоупотреблений, извлеченные из письмовников XVII–XX вв. Для достижения поставленной цели использовались дельта Бёрроуза и метод опорных векторов (SVM). В результате серии экспериментов, выполненных на базе R–пакета stylo, было установлено, что реформа Х.Ф. Геллерта может считаться переломным моментом в истории немецкого письма. Привнося в эволюцию жанра новую эстетическую модель, соответствующую требованиям Просвещения, и отграничивая ее от барочной традиции, она закладывает фундаментальную основу эпистолярного стиля, которая сохраняется на протяжении последующих веков. При этом осязаемость влияния реформы носит рекурсивный характер: оно ослабевает в XIX в. под воздействием тенденции к эстетизации письма, продиктованной преимущественно поэтикой бидермейера, и вновь прослеживается в начале XX в., когда наносная стилизация устраняется в пользу повышения эффективности коммуникации.
1. Введение
Х.Ф. Геллерт по праву признается одной из самых влиятельных фигур немецкого Просвещения, о чем свидетельствуют плоды его литературной, преподавательской и благотворительной деятельности. Помимо титула Praeceptor Germaniae ‘учитель Германии’, с его именем также соотносимо звание «отца немецкого письма», отсылающее к инициированной им реформе эпистолярного стиля. В 1742 г. увидело свет его сочинение «Размышления о хорошем немецком письме», логическим продолжением послужил изданный в 1751 г. письмовник «Письма и практические статьи о хорошем вкусе в письмах» — руководство по ведению корреспонденции. Представленной в нем коллекции писем предпослано сочинение, в котором утверждаются новые правила эпистолярного стиля: провозглашается отказ от барочной церемониальности и формульности в пользу естественности письменной речи, «свободного подражания хорошей беседе» .
Принято считать, что реформа оказала влияние на последующее развитие немецкого письма. Ее основные теоретические положения и их рецепция изучались в германистике с конца XIX в., в период расцвета позитивизма, по 1990–е гг. Детальный обзор научных работ, посвященных данной теме, приведен в диссертационном исследовании Р. Арто–Гаумахера . Показательно, что и в последние десятилетия рассмотрение эпистолярного наследия известных деятелей Германии XVIII–XIX вв. происходит через призму изложенных Х.Ф. Геллертом принципов , , , . Тем не менее, до сих пор существуют лакуны, требующие проведения дополнительных исследований. Обозначив саму реформу как отправную точку, можно выделить два вектора для продолжения ее изучения: ретроспективный и проспективный. Так, при шаге в ретроспекцию недостаточно верифицированным представляется соотношение сборника Х.Ф. Геллерта с предшествующей эпистолярной практикой. В частности, нет консенсуса относительно вопроса о том, была ли стилистическая переориентация радикальным разрывом с барочной риторикой или лишь адаптировала ее под требования эпохи Просвещения , . В проспективном ключе следует определить радиус влияния данного эпистолярного собрания на дальнейшее формирование письмовника как типа текста, пользующегося популярностью в Германии вплоть до первой половины XX в.
Следовательно, цель настоящего исследования заключается в установлении степени и продолжительности воздействия эпистолярной реформы Х.Ф. Геллерта на стиль образцового частного письма в немецкоязычных письмовниках XVII–XX вв., а также выявлении места его реформаторского сочинения в истории эволюции данного жанра.
Для восполнения обозначенных лакун наиболее перспективным видится обращение к инструментарию стилеметрии, позволяющей перевести филологические гипотезы в плоскость эмпирически верифицированных данных.
Актуальность выбранного подхода доказывается возросшим числом исследований, использующих количественные методы для выявления хронологических границ стилистических трансформаций в рамках продолжительной литературной традиции , анализа эволюции жанра , и выстраивания стилистически релевантной периодизации текстовых коллекций , в том числе эпистолярных .
2. Методы и принципы исследования
Для анализа эволюции эпистолярного стиля была произведена иерархическая кластеризация текстовых коллекций на основе дельты Бёрроуза . В рамках выбранной методики производится сопоставление относительных частот наиболее употребляемых словоформ (англ. most frequent words, MFW) в текстах разных авторов. В первую очередь в частотный словарь включаются служебные слова, составляющие каркас стилевого профиля каждой коллекции вне зависимости от темы повествования. Чем меньше значение дельты, т.е. рассчитанное межтекстовое расстояние, тем выше стилистическое сходство. С помощью алгоритма кластеризации — в стилеметрии распространено использование дендрограмм для визуализации полученных результатов — близкие друг к другу тексты объединяются в одну группу.
Для обнаружения авторского сигнала Х.Ф. Геллерта в последующих письмовниках задействовался метод опорных векторов (англ. Support Vector Machine) . Принцип его работы заключается в том, что из обучающей выборки текстов складываются два множества точек, затем в анализируемом пространстве выстраивается гиперплоскость, которая разграничивает имеющиеся множества. По одну сторону гиперплоскости располагаются данные, предположительно соотносимые с анализируемым идиостилем, с другой — не обнаруживающие с ним сходства.
Анализ производился при помощи пакета Stylo в среде R . Следующим шагом стало декодирование стилеметрического распределения, заключающееся в содержательной интерпретации полученных данных.
Материалом исследования послужили образцы частной корреспонденции из письмовника Х.Ф. Геллерта (за основу берется переиздание 1769 г., размещенное в электронных библиотеках Германии), которые в дальнейшем были сопоставлены с текстовыми коллекциями, извлеченными из других письмовников (см. таблицу 1). Референтный корпус составили частные письма из пяти эпистолярных сборников XVII–XX вв., каждый из которых представляет отдельную историко-культурную эпоху: от барокко до модернизма. Общий объем материала приравнивается к 296 тыс. словоупотреблений. Поскольку все указанные сборники напечатаны готическим шрифтом (фрактурой), для оцифровки текстов потребовалось OCR-преобразование с использованием моделей, обученных на немецкоязычных текстах XVII–XIX вв. , и последующая ручная корректировка.
Материал исследования
Название письмовника | Год издания | Автор | Кол-во словоупотреблений | Кол-во писем |
Der Teutsche Secretarius | 1674 | Г.Ф. Харсдерффер | 43184 | 199 |
Briefe, nebst einer praktischen Abhandlung von dem guten Geschmacke in Briefen | 1769 | Х.Ф. Геллерт | 30588 | 73 |
Neuer kurzer doch gründlicher Briefsteller auf alle Fälle des Lebens | 1790 | Неизвестен | 19198 | 92 |
Der neue Haussekretär, ein ausführlicher Briefsteller für alle Verhältnisse des Lebens | 1841 | Г. Дорн | 73091 | 398 |
Kleiner Briefsteller nach den Anforderungen der neuesten Zeit | 1872 | Ф.К. Мюллер | 40128 | 223 |
Der Haussekretär | 1910 | К. Отто | 90111 | 382 |
Общий объем материала: | 296300 | 1367 | ||
При составлении текстовых коллекций не учитывалась коммерческая и юридическая корреспонденция в силу своей принадлежности к официально-деловому стилю, а также значительно выделяющиеся на общем фоне образцы из сборника 1674 г.: письма историко-философского содержания и дипломатическая переписка, посвященная событиям Тридцатилетней войны. Предварительно были удалены метаданные, которые могли бы исказить результаты стилеметрического распределения: дата, место создания письма, которые указываются лишь начиная с XIX в., и однотипные заголовки, передающие содержание сообщений.
3. Основные результаты и обсуждение
На этапе построения иерархической кластеризации анализ эпистолярных коллекций производится в пять итераций с использованием 100–500 наиболее частотных словоформ. На поверхностном уровне (100 словоформ) выделяются служебные слова, местоимения и вспомогательные глаголы, закладывающие основу стилевого профиля, которая не подвержена влиянию содержательной составляющей текста. При поэтапном увеличении частотного словаря происходит добавление тематически значимой лексики, проявляются глубинные черты стиля. Повышение верхней границы указанного диапазона не осуществляется, поскольку тексты могут излишне сближаться в силу единой жанровой принадлежности.
Результаты представлены в виде дендрограммы. Алгоритм объединяет в кластеры тексты, обнаруживающие наибольшее стилистическое сходство. Визуальная обособленность коллекции указывает на уникальность профиля, отсутствие явной корреляции с другими сборниками.
Уже на материале частотного словаря из 100 словоформ (см. рис. 1) дельта Бёрроуза позволяет выделить три основных этапа развития образцового частного письма в Германии:
1) XVII в., оформляющийся в отдельную ветвь;
2) тексты XVIII в., составляющие первый цельный кластер на основе стилевого сходства;
3) коллекции XIX–XX вв., которые формируют второй кластер с усложненной внутренней структурой.
Иерархическая кластеризация (100 MFW)
При увеличении количества частотных словоформ до 200 происходит перераспределение текстов внутри второго кластера, полученный на данном этапе итог остается стабильным и в ходе дальнейших экспериментов вплоть до отметки, равной 500 словоформам (см. рис. 2). Как уже было указано выше, на материале 100 словоупотреблений, отражающих имманентные свойства текста, наибольшее стилевое сходство проявляют более поздние письмовники (1872, 1910 гг.). Однако при увеличении числа словоформ до 200–500 ближе группируются наиболее ранние коллекции (1841, 1872 гг.), схожие преимущественно по содержанию. Следовательно, сборник 1872 г. знаменует — не только хронологически, но и стилистически — переходный этап. Очерченное распределение, полученное на основе 100–500 самых частотных словоупотреблений, требует интерпретации с опорой на историко–литературный контекст охваченного временного периода.
Иерархическая кластеризация (500 MFW)
Введением к барочному письмовнику служит рассуждение о словесном искусстве, которое предваряется изречением из Псалтиря (Ps. 45,2; Пс. 44:2), уточненным с опорой на перевод М. Лютера: «Язык мой — трость скорописца (или же, в нашей традиции,) перо искусного скорописца» (здесь и далее перевод выполнен автором статьи. — Е.Б.) . Уже в указании на «искусность» скорописца усматривается необходимость овладения навыком письма, которое в дальнейшем возвышается над повседневным разговором: «… все же закрадывается различие между написанным и изреченным словом: ежели сохранность во времени придает вещам ценность, написанное слово долговечнее и потому заслуживает большего внимания, чем брошенная на ветер и вскоре забытая речь» . Важно отметить, что сам Г.Ф. Харсдерффер известен также как создатель «Поэтической воронки», нормативной поэтики эпохи барокко, и член пуристического Плодоносящего общества, стремившийся возвысить немецкий язык за счет словотворчества и использования риторических фигур . Реализуемая им стилистическая установка соответствует тому собирательному образу вычурного, излишне эстетизированного письма, которое подверглось критике Х.Ф. Геллерта. Многие фрагменты в приведенных им письмах или же сами письма обладают скорее эстетической, чем информативной ценностью. Например, отдельное послание составляет следующий абзац, написанный с целью заверить адресата в верности:
Mein Herr. Die Zeitler sollen von der gleichgerichten Zeilen der Waxwaben : oder wie etliche nennen Waxweben den Namen haben. Ich wolte erwünschen / daß diese wenige Zeilen meines Briefes solche Honigsüssigkeit enthielten / die zugleich nützlich wie das Wax / und lieblich wie das güldene Honig wären : Weil aber leider aus meiner übel geschnittenen Feder dergleichen Honigseim nicht flüssen kann / wolle sich mein Herz vergnügen mit den dienstbegierigen Willen / welchen ich trage / mich jederzeit zu erweisen / als Desselben getreuer Knecht N.N. (Мой господин. Говорят, что название профессии пчеловодов (букв. строчников) восходит к упорядоченным в ровные строки восковым сотам или, как их еще именуют, восковым сплетениям. Я хотел бы, чтобы в этих немногих строках моего письма заключалась медовая сладость, которая и столь же полезна, как воск, и прелестна, как золотой мед; но так как из моего плохо заточенного пера не может течь медовый нектар, пусть сердце довольствуется волей служить Вам, которую я храню, чтобы всегда называться Вашим верным слугой Н.Н.) .
Данное письмо начинается с непереводимой игры слов, перерастающей в развернутую метафору. Как подчеркивает сам автор, письмовник призван не только обучить читателя искусству ведения корреспонденции, но и помочь выработать стиль, который свидетельствовал бы о богатстве немецкого языка . Особое внимание обращает на себя в этой связи употребление сложносоставных эпитетов, являющихся отличительной чертой барочного письма и вместе с тем проявлением пуристических устремлений: tugendschön ‘добродетельно–прекрасный’ , vielehrentugendreich ‘преисполненный чести и добродетели’ , hertzvertraut ‘близкий сердцу’ , übelberüchtigt ‘пользующийся дурной славой’ .
В отдельный кластер оформляется письмо XVIII в., представленное сборниками 1769 и 1790 гг.: труд самого Х.Ф. Геллерта, отвечающий требованиям Просвещения, и последующий письмовник, Neuer kurzer doch gründlicher Briefsteller auf alle Fälle des Lebens, изданный на закате сентиментализма. Здесь более не встречается характерной для эпохи барокко образности и подчеркнутой стилизации. Для сравнения с письмом, приведенным из коллекции 1674 г., обратимся к фрагменту из сообщения Х.Ф. Геллерта, созданного с той же интенцией — выразить дружескую верность адресату:
So lange Sie also Ihr Herz gegen mich nicht ändern, (und wie könnten Sie das?) so stehen Sie beständig in der Gefahr, einerley Briefe von mir zu lesen. Doch was schadets? (Пока Вы не перемените свое отношение ко мне, (а неужели Вы могли бы его переменить?) Вам грозит опасность читать мои письма, между которыми нет никакого различия. Но что с того?) .
На примере данного фрагмента можно проследить, как на смену монологической риторике барокко приходит имитация спонтанной беседы, о чем свидетельствуют, к примеру, риторические вопросы, обращенные к собеседнику и оформляемые в том числе в виде парентезы, моделирующей процесс порождения речи. Помимо емкой синтаксической организации обращает на себя внимание и само отношение к эпистолярной коммуникации, выраженное автором: письма более не требуют изобретательности, допускается однотипность. Снижается роль эстетической функции текста, как следствие элиминируются сложносоставные эпитеты, воспринимаемые как элемент барочной вычурности.
Несмотря на то, что оба текста XVIII в. складываются под влиянием различных историко–литературных течений, между ними обнаруживается высокая степень стилистической близости. Выдвинутый Х.Ф. Геллертом принцип о «естественности» письма находит продолжение в модели eloquentia cordis ‘язык сердца’, утвердившейся в сентиментализме. Под ней подразумевается искреннее, спонтанное выражение чувств и душевных порывов , которое проявляется в том числе в использовании междометий и эмфатических восклицаний, ср. Das Herz möchte mir brechen. Ach, wie schwach ist die Natur! wie leicht wird die Seele überwältiget! (Сердце вот–вот разорвется. Ах, как слаба [человеческая] природа! как легко потерять душевный покой!) . В названной модели усматривается кульминация эпистолярной реформы, поскольку в ней стремление приблизить письмо к устной речи обретает системное языковое выражение.
Наконец, согласно дендрограмме (см. рис. 1), XIX в. становится новым этапом в истории немецкого письма. При этом иерархическая кластеризация, выстроенная на основе 200–500 частотных словоформ, отграничивает XIX в. от XX в. На данном этапе происходит не только стилистическая, но и тематическая эволюция жанра, особое значение в которой отводится эпохе бидермейера, отразившаейся в сборнике Der neue Haussekretär, ein ausführlicher Briefsteller für alle Verhältnisse des Lebens (1841 г.). Если барочный письмовник охватывал все сферы жизни в целом, а Просвещение и сентиментализм сосредотачивались прежде всего на описании событий и впечатлений, соотносимых с отдельно взятой личностью, то бидермейер фокусируется на семейно–бытовой сфере. Усиление политической цензуры в период Реставрации, последовавшей за Венским конгрессом, приводит к тому, что центром социально–культурной рефлексии становится приватная жизнь. Образцом частного письма эпохи бидермейера может служить следующий фрагмент:
Theuerster Freund! Ich lebe und webe noch immer in den wonnenreichen Rückerinnerungen jener glücklichen Tage, welche ich im Schooße Ihrer Familie genoß. Wenn ich mich nicht schämte, es zu gestehen, so würde ich sagen, ich litte am Heimweh nach Ihnen, und dem heitern Zirkel Ihrer Freunde, die so bald auch die meinigen wurden, und nach jener paradiesischen Gegend, die mit jedem neuen Morgen neue Reize entfaltet. (Дражайший друг! Я до сих пор живу блаженными воспоминаниями о счастливых днях, проведенных в лоне Вашей семьи. Если бы я не стыдился признаться в этом, я бы сказал, что скучаю, как скучают по родному дому, по Вас, по веселому кругу Ваших друзей, которые столь быстро стали и моими друзьями, и по той райской местности, которая каждое утро являла взору новые очарования) .
Тематическая эволюция жанра считывается при стилеметрическом анализе за счет возросшей частотности таких лексем, как Familie ‘семья’, Heimweh ‘тоска по дому’, Schooß ‘лоно’, Freunde ‘друзья’ и др. Отклонением от принципов, провозглашенных К.Ф. Геллертом, является сознательная эстетизация, заключающаяся в употреблении эмоционально–оценочной лексики в целях создания идиллического образа частной жизни, ср.: wonnenreich ‘исполненный блаженства’, glücklich ‘счастливый’, paradiesisch ‘райский’. Сборник, изданный в эпоху грюндерства, Kleiner Briefsteller nach den Anforderungen der neuesten Zeit (1872 г.), наследует установку бидермейера на идеализацию приватной сферы, не успевая отреагировать на изменения, происходящие в немецком обществе в последней четверти XIX в.
Der Haussekretär, письмовник начала XX в., напротив, постепенно освобождается от сознательной стилизации, характерной для корреспонденции XIX в. Едва завершившаяся промышленная революция оптимизирует в том числе эпистолярную коммуникацию, в которой принцип информативности снова превалирует над эстетической составляющей. Декоративные наслоения, прежде всего эмоционально–оценочные прилагательные–эпитеты, минимизируются, на первый план выступают ясность и емкость изложения мыслей, ср.:
Infolge eines soeben eingetroffenen dringenden Telegramms muß ich heute nachmittag die Stadt verlassen und habe leider nicht mehr die Zeit übrig, um dir persönlich Lebewohl zu sagen. Nimm dafür diese Zeilen. Ich schreibe dir bald aus meinem neuen Wohnort und hoffe, wir bleiben auch nach räumlicher Trennung gute Freunde. (Поскольку я только что получил срочную телеграмму, я вынужден сегодня после обеда покинуть город и, к сожалению, не успеваю попрощаться с тобой лично. Прими вместо прощания эти строки. Я напишу тебе вскоре с нового места жительства и надеюсь, что мы останемся хорошими друзьями даже на расстоянии) .
Оформившаяся в XIX в. разновидность эпистолярного стиля оказывается все же достаточно устойчивой, поэтому начало XX в. еще нельзя рассматривать как полностью самодостаточное ответвление: на самом поверхностном уровне, на уровне служебной лексики и отдельных грамматических характеристик (см. рис. 1), т.е. той составляющей стиля, которая менее всего поддается не только целенаправленным преобразованиям, но в и целом авторскому осмыслению, письмо модерна все еще соотносится с образцами XIX в.
Стилеметрический анализ, выполненный на основе дельты Бёрроуза, показывает, что непосредственное влияние реформы Х.Ф. Геллерта на стиль образцового немецкого письма ограничивается XVIII в. Однако в начале XX в., когда стилистические наслоения предшествующего столетия утрачивают актуальность, вновь можно усмотреть принципы коммуникации, согласующиеся с основными положениями реформы. Чтобы определить, имеем ли мы дело с возвращением к уже обозначенным Х.Ф. Геллертом принципам или с чем–то иным, обратимся к методу опорных векторов, который позволяет выявить наличие или отсутствие стилистического сигнала одного автора в других текстах. Перед проведением эксперимента необходимо составить обучающий корпус, в который в нашем случае входят все описанные письмовники, за исключением сборника Х.Ф. Геллерта. Последний, в свою очередь, образует тестовый корпус, с которым и будут сопоставляться отобранные тексты: именно их стилевые «сигналы» предстоит отследить в письмовнике 1769 г. Итог представлен в виде графиков, на которых обозначены две линии: нижняя, яркая, указывает на наиболее вероятное стилистическое сходство, верхняя — возможный, но менее вероятный вариант стилистической близости. В ходе эксперимента текст из тестового корпуса, т.е. письмовник Х.Ф. Геллерта, делится на отрезки, каждый из которых равен 5000 словоупотреблениям, что позволяет определить фрагменты, в которых более явно прослеживается сходство со стилем иного автора. Поскольку сборник 1769 г. не делится на отдельные главы, является тематически разнородным и при подобном членении не обнаруживает выделяющихся на общем фоне когерентных единств, мы не углубляемся в интерпретацию полученных отрезков.
Анализ производился на основе 100–500 частотных словоформ, наиболее значимые результаты представлены на графиках (см. рис. 3–5). Отмеченные разными цветами фрагменты соответствуют указанным в легенде текстовым коллекциям. Так, желтый цвет обозначает письмовник 1790 г., черный — 1910 г.
Письмовник Х.Ф. Геллерта в сопоставлении с эпистолярными сборниками XVII–XX в., 200 MFW
Письмовник Х.Ф. Геллерта в сопоставлении с эпистолярными сборниками XVII–XX в., 100 MFW
Письмовник Х.Ф. Геллерта в сопоставлении с эпистолярными сборниками XVII–XX в., 500 MFW
Из приведенных графиков следует, что и на самом поверхностном уровне, не зависящем от тематического наполнения текста (служебные слова, местоимения и флексии), а также на самом глубинном уровне, указывающем на содержательное сходство, письмовник эпохи модерна все же является отдаленным преемником стилистической реформы Х.Ф. Геллерта. Если в первом случае мы имеем дело с едва уловимыми стилевыми трансформациями, выявить которые позволяет только инструментарий стилеметрии, во втором случае обращает на себя внимание следующий фактор, поддающийся интерпретации: если в XIX в. смысловым ядром эпистолярной коммуникации является сосредоточение на частного жизни, то к началу XX в. описание приватного перестает вытеснять остальные тематические пласты (например, рекомендательные, благодарственные письма, описание путешествий и др.) на периферию, письмовник вновь становится тем универсальным справочником, которым являлся в XVIII в. Отметим, что выявленная перемена не прослеживается при обращении к оглавлениям эпистолярных сборников, демонстрирующим разноплановость представленных шаблонов уже начиная с конца XVIII в. Речь идет именно о статистически значимых закономерностях распределения доминантных для изучаемого жанра словоформ внутри каждой текстовой коллекции.
4. Заключение
Полученное стилеметрическое распределение письмовников XVII–XX вв. является хронологически достоверным, из чего можно сделать вывод о последовательном и закономерном развитии жанра под влиянием поэтики соответствующих эпох. В результате выделяются основные этапа бытования эпистолярных образцов: XVII в. как период барочного письма, для которого характерно преобладание эстетической функции над информативной, сменяющая его в XVIII в. «естественность» в изложении мыслей, приближенность к устной речи, спонтанность и отказ от излишней декоративности как результат реализованных на практике стремлений Х.Ф. Геллерта, XIX в. как период влияния бидермейера, характеризующегося идиллическими описаниями частной жизни, и, наконец, начало XX в., в котором все еще прослеживается связь с предшествующим столетием, но при этом постепенно сглаживаются наиболее доминантные для XIX в. черты стилизации.
Представленные данные позволяют увидеть, что заложенные реформой Х.Ф. Геллерта основы становятся несущей конструкцией эпистолярного стиля, сохраняющей устойчивость на протяжении веков. Сменяющие друг друга литературно-эстетические течения лишь облицовывают ее. Следовательно, как только наносная стилизация, характерная для корреспонденции XIX в., перестает быть актуальной в силу все большего хронологического отдаления от поэтики бидермейера, вновь более явно проступают продиктованный реформой принципы коммуникации: информативность письма и «естественность» стиля, проявляющиеся прежде всего в отказе от излишних декоративных элементов.
Таким образом, влияние реформы характеризуется рекурсивностью: в меньшей степени проявляя себя в XIX в., сосредоточенном на сознательной эстетизации, оно вновь проступает более отчетливо в начале XX в., замыкающем историю письмовника в его классическом виде — до структурно-тематической трансформации жанра, последовавшей во второй половине столетия и требующей дополнительного изучения.